Ужин, значит, у графа Тубертон. Ну, что ж, пожалуй, я последую совету Кира и приведу себя в порядок. Как должна выглядеть идеальная лера? В пятницу графиня и граф Тубертон познакомятся именно с такой идеальной лерой Лорианной Стенфилд.

Я попросила маму вызвать к нам из Зардана стилиста, визажиста и модистку. Самых лучших. И сказала, что я уже повзрослела, хочу измениться и выглядеть, как настоящая лера с идеальным платьем, макияжем и прической. Сказать, что моя мама обрадовалась, значит, ничего не сказать. Мне показалось, что мамуля еле сдержалась, чтобы не завизжать от восторга — такое счастливое стало у нее лицо. Я не выдержала и весело захихикала, а мама закружила меня по залу, радостно смеясь.

— Дочь, как же ты обрадовала меня! Я так давно ждала этого! Так давно! Конечно, я приглашу самых лучших специалистов, и ты еще всех удивишь!

— Что случилось, Ванесса? — папа, который в это время выходил из столовой, недоуменно нас рассматривал. — Чему ты так радуешься?

Но мама только загадочно улыбнулась и ответила:

— Это будет сюрприз.

На следующий день меня с утра уже ждали и стилист, и визажист, и модистка. Они изучали меня, крутили и вертели. В итоге модистка, сняв с меня мерки, пообещала к пятнице прислать переделанное под мои размер готовое платье и туфли к нему, а затем пошить на меня другие. А стилист и визажист занялись мной.

В пятницу вечером, когда я спустилась по лестнице и вышла на крыльцо, папа который в нетерпении уже переминался с ноги на ногу у экипажа, увидев меня, замер с открытым ртом. Мама, очень довольная, вышла следом за мной.

— Вот и обещанный сюрприз, — весело прощебетала графиня Ванесса Стенфилд.

– Куда вы дели мою дочь, графиня? — строго нахмурил папа брови. — И кто эта прекрасная незнакомка?

— Граф Стенфилд, позвольте представить вам леру Лорианну Стенфилд, — с серьезным лицом ответила мама. — Теперь она ваша дочь. А старую забудьте! Ваша дочь Лори, которая любила босиком бегать по лесу, с косой за спиной, уехала навсегда в лесную глушь ловить зайцев и ежиков.

— Мама! — рассмеялась я и нежно подумала: «Ну, что за дети, честное слово. И как они радуются моему преображению».

— Ежики и зайчики — это серьезно, — с улыбкой ответил папа. — Надо и им с кем-то дружить. Ну, что ж, добро пожаловать в семью, лера Стенфилд, — он осторожно взял меня за руку, склонился и поцеловал легко пальчики, а я смутилась, особенно когда увидела лица домочадцев, которые уже окружили нас и тоже восторженно меня разглядывали. Матиус Сноу просто открыл рот и забыл его закрыть.

Я знала, что они сейчас все видели, и понимала, почему мой внешний вид вызывает у всех такое изумление. Я сама была поражена не меньше их, когда увидела себя в зеркале. Кто бы подумал, что идеальная укладка, выщипанные и подкрашенные брови, элегантное по фигуре в пол платье, сережки в ушах и идеальный маникюр могут так изменить человека? Девушку? Из простушки в скромном платье с косой, закрученной в узел на затылке, я превратилась в утонченную изящную девушку в элегантном платье и с идеальной прической. Легкий незаметный макияж дополнил образ.

Я не стала невозможной потрясающей красавицей, но преображение было налицо. И мне оно тоже очень нравилось.

Наш экипаж подъезжал к поместью графа Тубертон. Я с ностальгией смотрела в окно экипажа на замечательную кипарисовую аллею, ведущую ко входу в дом. Сколько в детстве мы с Джейсоном носились здесь, по этой аллее. Мама с папой тихо о чем-то переговаривались и я слышала отдельные слова: «император», «Марилия», «министры», «посол». Все же они переживали из-за обострившейся между двумя империями обстановки, а я поняла, что очень рада возвращению, какие бы причины этому не способствовали.

Наконец, экипаж остановился. Мое сердце невольно застучало быстрее, и я заволновалась. Папа вышел из экипажа и подал руку маме, а затем и мне. В двух шагах от нас стояли граф и графиня Тубертон. Они улыбались нам вполне искренне, и я увидела изумление в глазах графини.

— Лорианна, девочка моя, как ты изменилась! — восхищенно произнесла графиня.

Она тепло обняла меня и поцеловала в щеку.

— Девочка наша, как же мы все соскучились по тебе, — прошептала она мне на ухо, смутив меня своей искренностью.

Сама же графиня Тубертон ничуть не изменилась. Все такая же потрясающая красавица, в элегантном темно-зеленом платье в пол, с идеальной прической и великолепными украшениями. Джейсон всегда был так похож на нее и на мгновение я засмотрелась. Глава рода граф Тубертон тоже мало чем изменился. Такой же высокий, широкоплечий, темноволосый, без единого седого волоса. С пронзительными карими глазами как у Кристофа. И тоже в идеальном костюме.

Граф поцеловал пальчики мне и маме, затем тепло обнял нас обеих, сказав, что мы слишком давно знаем друг друга, чтобы следовать этикету. Мы прошли в дом. Огромный и величественный, построенный буквой пэ, с тремя этажами и узкими высокими окнами. Я вспомнила, как однажды мы с Джейсом умудрились разбить вон то окно на втором этаже. Именно в той комнате от нас тогда прятался Кристоф.