— Я скажу тебе сегодня ночью, любовь моя.

Он спешился во дворе. Мелисанда хотела спрыгнуть сама, но Конар поднял ее на руки и поставил на землю.

— Конар!

К ним спешил Эрик.

Мелисанда попыталась было улизнуть, но Конар притянул ее к себе. К ним подходил Эрик, хмуря брови.

— Конар, я вижу, ты нашел свою жену. С вами все в порядке?

Конар улыбнулся:

— Все прекрасно, Эрик. Мелисанда была так счастлива меня видеть, что в порыве страсти столкнула в воду, и мы оба искупались.

Мелисанда, стоя возле него в промокшей одежде, не решалась возражать, «Да она же совсем замерзла», — сообразил Конар.

— Идите в дом, миледи. Я скоро приду.

Она поспешила прочь. Эрик хлопнул брата по плечу.

— Пойдем, отведаешь потрясающего вина.

— Извини, я такой мокрый…

Они вместе вошли в дом. Рианнон накрывала на стол в гостиной. Она сказала, обращаясь к Конару:

— Я приказала отнести твоей жене горячей воды. Вы оба так промокли! — Она на мгновение запнулась, потом тише добавила: — Она в дальней комнате, слева по коридору. Твоя комната рядом, они соединяются небольшой дверцей, завешенной ковром. Надеюсь, ты доволен?

Конар осторожно обнял ее за плечи, стараясь не задеть своей промокшей одеждой, и чмокнул в щеку.

— Это замечательно, — подтвердил он.

— Я уже послала слуг, чтобы они и тебе принесли все, что нужно для мытья.

— А… — начал было Эрик.

— И вино, мой дорогой, — смеясь, сказала она.

Эрик, довольный, притянул ее к себе и нежно поцеловал в щеку. И Конар с некоторой завистью отметил, что она не сопротивлялась. Сердце его защемило. Раньше он как-то этого не замечал. Не думал, что нуждается в тепле, уюте и ласке. Он все время был занят. А теперь почувствовал, что завидует брату. Нет, не его отличным землям, а той атмосфере, которая царила у него в доме.

Здесь все было пронизано таким… счастьем!

Конар извинился перед Эриком и поспешил наверх в свою комнату.

Там уже стояла здоровенная лохань с горячей водой. Конар скинул с себя мокрую одежду и блаженно погрузился в воду. Подошедший вскоре Эрик налил им вина и развалился в кресле.

— До меня дошли слухи, что даны собирают огромное войско, чтобы идти на Париж. После того, как наш Альфред сумел отвадить их от наших земель, они перекинулись на тот берег пролива. Франкским дворянам придется трудней. Они слишком разъединены и погрязли, в сплошных междоусобицах с тех пор, как земли поделены между Лотарем и его братьями. Сейчас реальная власть у баронов на местах, тех, кто имеет владения и может их защищать. Вроде тебя.

Конар вздохнул.

— Я, наверное, заключу союз с графом Одо, он кажется мне надежным человеком, и его цель — объединить силы франкской знати. Однако у меня там есть уже и враги.

— Жоффрей, сын Джеральда, твой ближайший сосед, — небрежно заметил Эрик. Конар удивленно поднял брови.

— И ты уже в курсе?

— Новости разлетаются быстро. Бродячие жонглеры, певцы и музыканты много путешествуют, как тебе известно. Кроме того, в нашей большой и болтливой семье трудно что-либо утаить. К тому же кто-то сочинил большую поэму в твою честь, про то, как ты спасаешь свою жену из рук изверга.

— Так говорится в поэме?

— Да ладно тебе. — Эрик встал, чтобы снова наполнить бокалы. — Все это действительно было так. Но я, кстати, видел, как твоя жена слушала сию поэму, и меня осенило, что ведь она может подумать, что сменила одного изверга на другого.

Конар чуть не выскочил из лохани, но тут увидел, что брат смеется.

— А-а, детские шутки! Ну, ладно! Он закрыл лицо полотенцем и удобно откинулся на спину.

— Помнится, — начал он неторопливо, — твоя жена тоже не была влюблена в тебя, когда вы впервые встретились. Кажется, кто-то даже стрелял в тебя из лука?

Он почувствовал, как рука Эрика опускается ему на голову, быстро нырнул в воду и, вынырнув, швырнул мокрое полотенце прямо в брата. Они оба расхохотались.

Но затем Конар с грустью сказал:

— Я знаю, она почему-то считает меня жестоким.

— Знаешь, — ответил Эрик, — вообще-то довольно трудно понять, что она думает на самом деле. Она очень мила, вежлива, но всегда держится отчужденно. Даже Рианнон, несмотря на свою близость с ней, вряд ли знает, что у Мелисанды на душе. А вообще-то, — Эрик пожал плечами, — она умная девушка, даже талантливая. Я видел на днях, как она упражнялась с Брайсом на мечах…

Конар раздраженно сказал:

— В тот день, когда я с ней познакомился, она, размахивая маленьким клинком, наряженная в золоченую кольчугу, неслась прямо в руки этого ублюдка. Не удивительно, что мне пришлось ее спасать.

Он вдруг прищурился и бросил на Эрика хитрый взгляд.

— Но она играет не только мечом. Сегодня я застал ее за играми другого рода. С этим юнцом, родственником Рианнон.

— А, Грегори.

— Да, она обучала его любовным играм.

— Грегори?! — пораженный, воскликнул Эрик.