Разрушить меня для всех остальных мужчин.

Его руки крепко схватили меня за талию, заставив меня ощутить его присутствие и понять, что мне это нравится. Он схватил зубами мою нижнюю губу так, что я издала низкий горловой звук. Его запах наполнил всё моё существо, и моя голова закружилась от его опьяняющего аромата.

Меня перестали заботить наши споры, наше прошлое и постоянная конкуренция между нами. Меня перестало заботить моё будущее, мои жизненные цели, меня волновал только этот момент. Это было всё, чего я хотела. Здесь и сейчас. Его.

Уайетта.

Его прикосновение и его вкус, и все те нехорошие вещи, которые он мог сделать со мной.

Я потратила уже слишком много времени и устала от переживаний о том, что упустила свой единственный шанс на серьёзные отношения, когда я ушла от Нолана. Я хотела чувствовать себя желанной. Мне нужно было чувствовать себя нужной. Я отчаянно хотела, чтобы меня хотели.

Может Уайетту удалось бы помочь мне испытать все эти хорошие чувства, а может и что-то большее.

Проблема была в том, что мне надо было как-то суметь уйти от него, когда всему этому пришёл бы конец.

В заднюю дверь позвонили, вырвав у меня из рук все эти поспешные решения, вызванные желанием, которые я ещё даже не успела принять. Потому что Уайетт исчез. Громкий звонок разрушил чары, и он побежал через кухню так, словно у него загорелись ноги.

Мне ничего не оставалось, как сползти со столешницы, превратившись в лужицу разочарования и неудовлетворённого желания.

— Что это ещё была за фигня?

Но мне некому было ответить. Уайетт был уже снаружи.

Я знала, что он в любом случае не ответил бы. Это была его цель — мучить меня. Наша игра вышла на новый уровень.

Это означало, что мне не следовало позволять ему снова загонять меня в угол. Теперь, когда эта рациональная мысль снова появилась в моём неудовлетворённом мозгу, я знала, что не могу позволить ему этого. Но самое главное, я знала, что не смогу отказаться, если это снова случится. По крайней мере, в теперешнем моём состоянии. Я не смогла бы оттолкнуть его. Или отказать ему в том, чего он хотел.

Или убедить себя в том, что это было не то, чего я хочу.

Потому что я хотела этого.

О, Господи, как же я этого хотела.

К счастью, мне не пришлось отказываться от своих прекрасных планов и безрассудно бросаться на него, так как мои коллеги уже начали заходить в кухню. Мы тут же начали подготавливать продукты на вечер, после того как вытерпели утреннюю встречу и традиционную зажигательную речь Уайетта. Он с тем же успехом мог просто поглядеть нам в глаза и сказать:

— Не облажайтесь.

Я знала, что он считал, что мотивировал нас, но в действительности у него только получалось внушать страх, что он убьёт нас, если мы что-нибудь испортим.

Именно такое ощущение он оставлял после того, как в течение часа упивался своей властью. Но поскольку его тело совсем ещё недавно было прижато к моему, я была слишком занята тем, чтобы отойти от этого невероятного чувства, поэтому меня мало волновало, что будет, если пережарить филе-миньон. Хотя остальную часть команды мне было жалко.

К тому моменту, как мы с Диллон пошли на перерыв перед самым открытием, я была уже потная, обескураженная и дико заведённая.

— Ты сегодня как будто... не в себе. С тобой всё в порядке? — спросила она, когда мы вышли на прохладный весенний воздух. Деревья на площади только начали распускаться, и зелёные и белые мазки украшали кирпичные и каменные фасады. Солнце согревало мои руки и покрытую банданой голову, что немного успокоило мои расшатанные нервы и вывело меня из моего дикого замешательства. В этот прекрасный день хотелось положить на землю покрывало и заснуть на нём.

Но больше всего мне хотелось забыть об этой странной энергии между Уайеттом и мной. О едва заметном поцелуе. Об ощущении его.

О том, как я назвала его "шефом". И дело было не в том, что он был моим боссом. Слово сорвалось с моих губ как подарок. Как подношение. Поклонение.

Я повернулась к Диллон и начала обдумывать, что рассказать ей.

— Вера разрешила мне готовить с ней в "Сарите" по воскресеньям. Она... готовит меня себе на смену.

Диллон раскрыла рот, и я не могла не засмеяться, увидев её шокированное выражение лица.

— Да ладно!

Я кивнула, радостная улыбка появилась на моём лице.

— Я знаю! Это безумие. Но это так на неё похоже.

— И как давно это продолжается?

Я пожала плечами, вспомнив о своём вдохновляющем вечере, когда я обслуживала столики.

— Я была там только один раз. Я пойду опять на этой неделе.

Несколько наших коллег вышли из дверей и направились за здание, чтобы покурить. Диллон наклонилась вперёд и понизила голос:

— А Эзра знает?

— Нет, — призналась я. — Это целиком и полностью идея Веры. Я даже не уверена, что Киллиан знает.