Но теперь, когда мы были здесь, я не могла себя заставить что-либо сказать. То, что он сделал на интервью уничтожило всё то странное сексуальное напряжение, что я испытывала ранее.

— Так да или нет, Свифт? Ты о чём-то ещё хотела поговорить?

Он сел на край стола, его длинные ноги вытянулись и легли по бокам от меня. Я вдруг почувствовала себя слишком близко к нему. Мне захотелось отойти, но в его крошечном офисе отходить было некуда.

Я решила прибегнуть к сарказму, который помогал мне сохранить рассудок.

— Только о том, что ты эгоистичный козёл.

Он улыбнулся, и улыбка была такой настоящей и характерной, и была полностью адресована мне, что я едва не улыбнулась в ответ. Чёрт побери, его улыбки были его оружием.

Он так умело их скрывал. Словно лишал весь мир удовольствия смотреть на его идеальное лицо. Но когда мы были одни. Он атаковал своими улыбками так невозмутимо. Как будто бы я не должна была автоматически растаять и превратиться в лужицу. Как будто бы ему не могло так легко всё сойти с рук, стоило ему только улыбнуться.

— Ты же знаешь, что сводишь меня с ума? — спросил он, его голос был мягким, дразнящим.

Я еще крепче обхватила себя за талию.

— Хорошо.

Его глаза сверкнули, что произвело такой же эффект как и его улыбка.

— Видишь, мы в расчёте.

Это, должно быть, был какой-то фокус. Потому что я уже должна была выбежать из его офиса, показывая ему средние пальцы, чтобы уж точно быть в расчёте. Вместо этого я облокотилась о дверь, расслабила плечи и перестала хмуриться, моё тело потеплело к нему.

— И как ты это понял?

— Я свожу тебя с ума. Ты сводишь меня с ума. Мы в расчёте.

— Я не думаю, что ты понимаешь, что это значит, — мой глаз дёрнулся, в то время как его улыбка сделалась шире, и я поняла, что попала в ловушку. — Да, но ты должен понимать. Ты же босс.

Он наклонился вперёд.

— В этом и есть проблема, не так ли?

Мой яростный гнев превратился в недоумение.

— Какая проблема?

— Что я босс.

— Это мы уже поняли. Поверь мне, — я уставилась на него. — Погоди, что?

Он встал и навис надо мной. Моё сердце остановилось. Он сделал ещё один шаг ко мне. Моё сердце заколотилось так быстро, как было вообще способно, бешено ударяя меня в мою бедную, хрупкую грудную клетку.

— Проблема в том, что я босс, — тыльной стороной руки он провёл мне по подбородку. — В противном случае, мы смогли бы что-то сделать с тем, как мы сводим друг друга с ума.

Теперь я не могла даже сглотнуть, мой желудок переворачивался, и я начала чувствовать головокружение. Я во всём винила его. Почему-то мой голос прозвучал растерянно и с придыханием, словно я прощала его.

— И как бы мы это сделали?

Его голова опустилась вниз, и он прошептал мне на ухо:

— Используй свою фантазию.

Я наклонилась к нему, ненавидя себя за то, как я наслаждалась его близостью. Он сделал шаг назад, слишком скоро избавив меня от своего присутствия.

— Но я могу поклясться, что я бы нашёл способ, как вписать твоё имя в историю. И я уверен, что ты не забыла бы сделать то же и с моим именем.

Он что серьёзно? Секс? Он говорил о сексе?

Это что ещё такое?

Он сел на край стола, его руки были опять сложены на груди, а сам он снова выглядел самодовольным, наглым и чертовски довольным собой.

Нет. Так не пойдёт.

Он не мог давать такие интервью, а потом доводить меня до сумасшествия, улыбаться мне, творить все эти чёртовы вещи и выходить сухим из воды.

Я решила, что мне надо преподать ему урок. И избавить своё либидо от этих мучений.

Я шагнула вперёд, встав у него между ног, обеими руками схватилась за воротник его кителя и наклонилась вперёд, пока наши губы не стали отделять пара сантиметров.

— Не будь так в себе уверен.

Мой план оказался таким коварным, что я не могла не улыбнуться и наслаждалась тем, как он задержал дыхание и напрягся всем телом. Он думал, что я уйду.

Или убегу.

Видите? Он снова недооценил меня.

Мои губы коснулись его губ.

— Не факт, что я запомню твоё имя. Может так статься, что тебя очень легко забыть.

— Без шансов, — его голос прозвучал низко, хрипло.

Я не знала, кто двинулся первым. Был ли это он, или я, или мы оба, но наши губы сомкнулись, а языки переплелись. Его руки оказались у меня на талии и стали прижимать меня ближе к его телу, обжигая меня тем же теплом, что уже отметило мои губы.