— Они просто не понимают, — сказал Уайетт мягко... задумчиво. — Насколько нам это важно.

Я глубоко вдохнула, оценив его поддержку, хотя до этого момента я даже не подозревала, насколько сильно она была мне нужна.

— Знаешь, я даже не сразу это заметила. Я так сильно этого хотела... хотела, чтобы у меня получилось, хотела создать себе имя, хотела двигаться вперёд в своей карьере. Я как будто только начала понимать, насколько меня это всё поработило.

— Но это же хорошее чувство?

На моём лице растянулась улыбка.

— Да. Самое лучшее.

Он улыбнулся мне в ответ.

— Мы работаем в индустрии для мазохистов.

Мы остановились в тени за прилавком, прохладный ветер пускал мурашки по моим рукам. А, может быть, это был горячий взгляд тёмных глаз Уайетта.

— Садистская индустрия.

Наклонившись вперёд, он убрал за ухо прядь моих волос. Но она не осталась там. Мои волосы все ещё были слишком короткие.

— По крайней мере, у нас есть мы.

— По крайней мере, — прошептала я.

Наши тела одновременно пришли в движение, в одно мгновение наши губы соединились, а языки переплелись. Не теряя времени, он аккуратно прижал меня спиной к стене прилавка, а руки положил мне на талию. Наши тела прижались друг к другу, движимые одним и тем же желанием.

Его страстные и манящие губы двигались поверх моих, заставляя меня отвечать ему, пробовать его на вкус... соблазнять его. Я наклонила голову, его язык проник ещё глубже, и я издала горловой звук.

Боже, каким же он был классным на вкус. Это было похоже на зубной эликсир с привкусом кофе. Но также это был вкус именно Уайетта — тот самый вкус, к которому я уже так сильно пристрастилась.

Поскольку на мне был надет укороченный топ, его пальцы коснулись моей кожи, но он хотел большего, чем просто узкая полоска обнажённого тела, которую я согласилась раскрыть. Он хотел меня всю. Его руки скользнули вверх и коснулись моего бюстгальтера. Я опять издала один из тех звуков, которые словно приглашали его изучать меня дальше и просили его продолжать то, что он делал.

Он оставил дорожку поцелуев вдоль линии моего подбородка и ухватил зубами мочку моего уха, что совершенно свело меня с ума, пробудив во мне желание чего-то большего.

— Уайетт, — проговорила я, задыхаясь, в то время как его поцелуи спустились вниз по моей шее, потом прошлись вдоль ключицы и на какое-то время задержались в области под моим ухом.

— Кайа, — прогремел он, дразня меня.

На секунду во мне вернулся здравый смысл.

— Что мы делаем?

Он поднял голову, его глаза потемнели от желания, на его чувственных губах заиграла улыбка.

— Я что-то начал переживать, что для тебя это не очевидно...

Я не могла не засмеяться.

— Я имею в виду... — я показала пальцем на себя, а потом на него. — Что с нами происходит?

Его взгляд переменился, сделавшись осторожным и сдержанным.

— А разве есть "мы"?

Я хлопнула его по плечу, давая ему понять, что он меня расстроил.

— Уайетт, это ты мне скажи!

Он снова притянул меня к себе, я с трудом сглотнула. Его тело было таким крепким, таким совершенно несгибаемым. Каждая его часть. Он был одновременно искушением и защитой. Он был неотразим и он притягивал, а ещё он так смотрел на меня, как будто бы я была для него всем.

— Кайа, ты мне нравишься, — сказал он. Его голос был таким бархатным точно шоколадная глазурь, также как и его глаза. — И мне кажется, я тебе тоже нравлюсь.

— Это не относится к делу, — проворчала я. — Это не объясняет того, что мы делаем. Целуемся втихаря? Бродим по рынку и изливаем друг другу душу? Что между нами происходит?

Его улыбка снова вернулась, и этого было достаточно, чтобы моё сердце опять заколотилось.

— Я бы не стал называть обычный разговор изливанием душ. И я с удовольствием бы начал целоваться с тобой в общественных местах, если ты устала держать это в секрете.

Я открыла рот, чтобы обозвать его идиотом, но он оборвал меня.

— Я хочу сказать, что мне кажется, мы оба друг другу нравимся. И может быть нам стоит посмотреть, куда это нас заведёт? Может быть нам стоит узнать, что это такое? — его пальцы скользнули по моей грудной клетке, и его огромная рука переместилась мне на спину. — Узнать друг друга?

Секс, тут же сказал мне мой мозг. Он хочет секса.

Ну, хорошо. Может быть, я тоже.

— Это плохая идея, — прошептала я.

Но желание уже настолько поглотило меня, что мои слова правды не прозвучали убедительно. Он пожал плечами.