— Так, вроде, еще рано? — протянул тот, что постарше. — Мы ж только сменились.

Лешка тяжко вздохнул:

— Сам знаю, что рано. Я эту смену в кости проиграл… Вот теперь должен достоять до третье стражи. Один! Кончевич, гад, смеется — не умеешь, мол, играть, так не садись. А разве тут умение нужно? Везенье!

— Видим, уж не повезло тебе, парень. Как и нам — и чего эту ведьму охранять, под таким-то засовом?

— Да, ребята, — Алексей придержал уже собравших уходить стражей. — Вы из какой деревни?

— Из Здорова.

— Из Здорова?! Так тут неподалеку, в корчме, ваши земляки гуляют!

— Да ну?!

— Точно! Пьют, да приговаривают — здоровских, мол, ребят, вовек не перепить!

— Святая правда! Значит — точно, наши.

— Так вы сбегайте… Только вернитесь до третей стражи.

— Верне-о-омся! Где, говоришь, корчма-то?

— Эвон, на той улочке.

Проводив незадачливых стражей глазами, Лешка юркнул за угол и, подобрав мешок, вернулся к башне. Смеркалось, солнце уже село, и скоро — совсем скоро, вот сейчас, должна была наступить полная тьма. С одной стороны, хорошо, конечно…

Ага… Вот засов… Черт побери! Тут и замок имеется! А ну-ка, ежели, как следует, треснуть по нему копьем, пока совсем не стемнело?! И-и-и… раз! И-и-и… два!

После третьего удара замок жалобно треснул и развалился пополам. Лешка презрительно подал плечами — всего-то и дел!

С трудом отворив дверь, молодой человек на ощупь спустился в подземелье, в который раз пожалев уже, что не захватил с собой свечи. Темень… Высокие — как бы не споткнуться! — ступени. Холодная и склизская кладка стены. Какие-то железяки… Так… Остановиться, прислушаться…

— Халия…

Тихо… Нет! Еле слышно звякнули цепи.

— Вот еще новости. Тебя что, сковали?

— Только руки…

Ага! Отозвалась таки. А голос прежний — насмешливый. Ни капли грусти и страха!

— Кажется, я узнала тебя… Пришел насладиться победой? Лучше приди завтра — не так скучно будет умирать в одиночестве.

— Хм… Разговорилась. Давай, поднимайся, пошли…

— Что, уже? — снова зазвенела цепь.

— Да, вот еще… Попытайся-ка надеть вот это… Э, не натянешь! Дай-ка, помогу… Ну, где там ты?

— Что это? Кольчуга?

— А ну-ка, подними руки… Ты что же тут — голая? Черт… надо было прихватить штаны и рубаху… Так, вроде все… Теперь идем.

Не говоря больше ни слова, девчонка, звеня кольчугой, поднялась следом за Лешкой. Осторожно выглянув из ворот, молодой человек вышел на улицу и, осмотревшись, свистнул:

— Давай… Не больно в кольчуге-то?

— Не больнее, чем на колу!

— Тоже верно. Беги рядом с конем, словно бы оруженосец. Босой? И ладно, не всем же иметь оруженосцев-богачей, верно?

Не дожидаясь ответа, Алексей пришпорил коня. Халия побежала рядом, послушно держась за стремя.

Улицы, орущая пьяная толпа, наполовину звездное, съеденное облаками, небо.

Вот и ворота. Ярко горящий костер.

— Кто такие?

— Варна!

— Проезжайте… Что-то оруженосец твой бос, пан рыцарь?

— Ничего, добудет еще себе обувку — паренек шустрый…

За городом неожиданно оказалось куда светлее, нежели у ворот. К тому ж, разгоняя облака, подул ветер, и вот уже медно-золотая луна залила дорогу ярким полночным светом. Позади чадил факелами город, слева и справа тянулись поля, перелески, рощицы, а впереди… Впереди показался какой-то небольшой отряд! Может, человек десять. Появились внезапно — неожиданно вынырнули из буковой рощи. С факелами… Кресты на щитах.

Разъезд! Патрульный разъезд.

— Ежели что — беги, — усмехнулся Лешка.

А всаднике уже приблизились, опуская копья.

— Кто такие?

— Варна!

— Что? Повтори!

Один из воинов, бывший, по всей видимости, за главного, подогнал ближе коня, положив руку на эфес сабли.

— Варна!

— Господи… Алексей!

— Здравко! Ты как здесь?

Вот уж кого Лешка никак не ожидал встретить. Значит, сбежал таки парень из лазарета.

— Сбежал, как видишь. И нашел себе работенку. Точнее — мне ее нашли! — Молодой серб засмеялся и, махнув рукою своим — все, мол, в порядке, тихонько предложил. — Отъедем-ка. Что это за цыганенок с тобой?

— Так… попутчик.

— А ребята где? Впрочем, я не об этом… Варна — это слово на третью стражу, а сейчас — четвертая.

Лешка похолодел. Ну, надо же так вот опростоволоситься. На такой-то мелочи! Спросил бы у Бранковича, уж, казалось бы, чего легче?

— Я не знаю, куда ты едешь и по каким делам, — тихо продолжал Здравко. — Но мы бились с тобою плечом к плечу. По приказу, я бы должен тебя задержать, — юноша немного помолчал и вскинул голову. — Однако, я не рыцарь и не наемник, а юнак — и всегда поступаю, как велит совесть. Проезжай, друже Алексей, и да хранит тебя Господь! Тебя и твоего спутника.