— Я заметил. Так заходите же!

Лешка и близнецы поднялись на второй этаж вслед за хозяином дома.

— Здесь мы сможем спокойно поговорить? — обернувшись, пояснил тот. — Вы ведь пришли по делу?

— Да…

— Сейчас спущусь, скажу жене, чтоб принесла что-нибудь перекусить.

— Мы не надолго…

В ожидании хозяина, гости уселись за стол на широкую лавку. Сквозь щели в ставнях в полутемную комнату проникал солнечный свет. Последний свет уходящего дня… Вот, погас… Скрипнула лестница, и дерганое пламя свечи осветило лица парней желтым мятущимся светом.

— Поешьте, — Бранко поставил на стол большую миску, кружки, кувшин. И как только он это все принес?

— Здесь вино, сыр, баница… Рад, очень рад видеть тебя в живых, Алексей!

— Да уж — в нынешние-то неспокойные времена — большое счастье! Спасибо за угощение, Бранко. Нам договориться насчет попутчиков в Константинополь.

— В Константинополь?! Ого! О том же просил и твой приказчик!

Алексей чуть не подавился баницей:

— Он был здесь?!

— С неделю назад. Я свел его кое с кем.

— И… он ничего не рассказывал?

— Сказал, что ты погиб. Знаешь, мне показалось, что он не особо о том сожалел.

— Черт с ним… Так как насчет моей просьбы?

— Обождите здесь… Я попробую поговорить.

Хозяин дома поднялся.

— Эй, эй, Бранко, — забеспокоился Лешка. — И долго нам здесь сидеть?

— Думаю, нет, — отозвался торговец уже снизу.

Хлопнула дверь.

— Ушел… — тихо промолвил Леонтий. — Интересно, можно ли ему доверять?

— Думаю, можно, — Алексей усмехнулся и разлил по кружкам остатки вина. — К тому же — нам здесь совершенно нечего опасаться — ведь мы ж победители!

Все замолчали. В повисшей тишине были слышны далекие вопли и песни. И раскаты хохота. И собачий лай… Вот мяукнула кошка…

Алексей думал о Халие. На кол… На кол… Уже завтра! А, что если… Нет… Хотя, если не подставлять ребят…

Внизу, на улице, послышались быстрые шаги. Заскрипела дверь, лестница…

— Вам повезло! — вернувшийся Бранко довольно посмотрел на гостей. — Будьте после четвертой стражи на южной дороге, там такой большой овраг, знаете?

— Знаю, — Алексей улыбнулся. — Найдем.

— Торговцы скотом погонят небольшой табун в Эдирне. Вам как раз по пути!

— Эдирне! — близнецы переглянулись. Еще бы, это же был их родной город.

— Ну, а дальше уж сами…

— Доберемся, — заверил Лешка. — Сколько мы должны?

— Расплатитесь с Мирчей — это главный табунщик. Цыган, но человек надежный, честный. Дорого не возьмет. Там, в саду — ваши кони?

— Да.

— Этого хватит для оплаты. Даже слишком.

— Ну, — старший тавуллярий поднялся с лавки. — Так мы, пожалуй, пойдем. Спасибо тебе. Бранко, помог!

— Не за что! — торговец улыбнулся в усы. — Люди всегда должны помогать друг другу. Особенно, если это им ничего не стоит. Прощайте! Доброго пути.

— Прощай.

Выйдя на улицу, Алексей приказал парням дожидаться его за городом, на южной дороге.

— Едьте все прямо, никуда не сворачивая… Увидите рощицу — там и ждите. Да, сейчас у нас какая стража? Еще первая не закончилась…

— Скажете в воротах — Никополь. Запомнили?

— Да… А ты?

— А у меня еще здесь кое-какие дела.

Расставшись с ребятами, старший тавуллярий действовал дальше быстро, напористо… и очень даже странно! Первое, что он сделал, так это зашел в первую же попавшуюся корчму, полную мадьяр и сербов, где, сыграв в кости, без особого труда выиграл у какого-то пропойцы кольчугу и даже копье. Да просто это было выиграть — сейчас оружия в городе было, бери — не хочу. На улицах, можно сказать, валялось.

Сложив все в мешок, задешево купленный здесь же, в корчме, Алексей взгромоздился в седло и быстро погнал коня к рынку. У него и тени сомнений не возникало — действовал правильно: не так, как велит приказ, но так, как того требовала совесть.

Не доезжая до башни, привязал неподалеку коня. Взвали на плечи мешок… бросил, не доходя до угла какого-то здания. Ага… Вот и часовые! Один дремлет, другой винище хлещет прямо из кувшина! Да-а-а, ну и бардак.

— Стой! Кто идет?

О! Заметили, надо же! Какая стража уже? Кажется, вторая…

— Доростол!

— Проходи.

— Так я к вам на смену, парни! Генчо послал.

— На смену? — воины — молодые деревенские парни, ну кого ж еще ставить в такой день? — радостно переглянулись.