– Но это нереально! Надеюсь, не придется общаться с легавыми? У меня на них аллергия. – Шепчет одна из девушек, когда я прохожу мимо рядов.

– Да найдется эта ваша Элла! – Бросает на стол учебники парень.
– Уверен, шляется где-нибудь с очередным поклонником – дело-то молодое!

– Может, хватит уже?! – Рявкает на него Александр Экман.

– А что я сказал?

– Она не шлялась, - испуганно добавляет девчонка, - ей нравился Улле, они ведь встречались? Вроде? Или нет?

И напоровшись на злой взгляд Александра, она отворачивается.

Шепотки стихают.

– Можно? – Я останавливаюсь у его стола.

Экман поворачивается и смотрит на меня. Его лоб нахмурен, пальцы сжаты в кулаки, плечи напряжены.

– Что? А… Да. – Теряется он.
– Садись. – Убирает тетради.

Я опускаюсь на стул рядом с ним.

В аудитории появляется преподаватель, все рассаживаются по местам.

– Тебя не вызывали на беседу? – Тихо спрашиваю я.

Александр не сразу понимает, что я обращаюсь к нему, а, поняв, нерешительно кивает.

– Я был там. – Он прочищает горло. – Они допросили меня первым делом.

– Вот как.

Мне хочется его как-то поддержать, но я не знаю как это сделать.

– Да, - парень ковыряет пальцем заусенец, - хотели убедиться, не причастен ли я к ее пропаже.

Он облизывает пересохшие, обветренные губы, похожие на истертый наждак. Его руки мелко трясутся.

– Близкие убитых часто оказываются под подозрением.

– Вот именно. – Повернувшись ко мне, Александр зло улыбается. – Сначала я прикончил Кристину, а затем занялся Эллой! Так выходит? – Он нервно скалится. – Вчера они убеждали меня в том, что мою девушку растерзал дикий зверь, а сегодня уже подозревают в убийстве.

– Тише. – прошу я, трогая его за плечо. Парень так взвинчен, что едва не подпрыгивает на месте. – Если бы подозревали, то задержали бы.

– Но ты тоже считаешь, что ее убили? Ты сказала «убитых».

– Я… - Пожимаю плечами. – Я не знаю.

Экман проводит пальцами по волосам и шумно выдыхает.

– Они сказали мне, что, возможно, это был волк. – Он треплет зубами сухую губу, а затем продолжает тихо: - Неделю назад на окраине города он утащил в лес собаку. Хозяева нашли лишь голову, две лапы и gps-трекер. Полицейские считают, что это мог быть тот же зверь. Но как волк мог утащить в лес девушку?

Заметив укоризненный взгляд учителя, Александр выпрямляется.

– Это же волк. – Шепчу я, дождавшись, когда интерес преподавателя к нам иссякает.

– Боюсь, что с Эллой произошло то же самое. – Парень качает головой. – Она пропала, и никто ее не ищет. Нужно прочесывать лес, а они треплются здесь с учениками!

– Уверена, они знают, что делают. – Говорю я. – Наверное, как раз собирают группы для поисков.

Это не становится для него утешением.

Лена Сандберг появляется в коридоре лишь после звонка с последнего урока. Я натыкаюсь на толпу ее фанатов, когда выхожу из кабинета. Девочки окружают ее, требуя рассказать в подробностях о том, как проходил «допрос».

– Это ужасно. – Произносит она, приложив ладонь к груди. – Элла – моя лучшая подруга! Я рассказала все, что видела, и если они не найдут ее…

Девушка закатывает глаза. Неуклюже покачивается, и все бросаются, чтобы подхватить ее.

– Цирк. – Цежу я через зубы и иду прочь.

На лестнице мы сталкиваемся с Лоттой.

– Ну, наконец-то! – Девчонка заключает меня в объятия. – Нея!

– Привет. – Хлопаю ее по спине и жду, когда отцепится.

Но, отпустив, она тащит меня к узкому окну, из которого открывается вид во двор гимназии с ухоженным садом и неудобными скамейками.

– Куда ты вчера подевалась? – Лотта швыряет сумку на каменный подоконник и принимается вынимать из прически заколки и закалывать их по-другому. – Микке тебя потерял. Я-то думала, этот парень тебе нравится!

– Это долгая история. – Вздыхаю я, глядя, как она вынимает невидимки с затылка и снова вдевает их в пряди у висков. – Позвонила тетя, и мне пришлось вернуться домой.

– Мрак!

– Да уж.

– А мы та-а-ак повеселились! – Лотта едва не приплясывает на месте. – Сначала я приуныла потому, что не могла найти Улле, но потом он вернулся и…

– Что?

– И мы танцевали с ним! – Радостно визжит она. – Под ме-е-едленную мелодию, так бли-и-изко друг к другу…

– Ух ты. Круто. – Хмыкаю я.

– Еще бы! – Девчонка снова бросается меня обнимать. – Он так смотрел на меня! Так смотрел! А потом назвал… хорошенькой! Представляешь? Черт, мне кажется, я точно ему нравлюсь! Ты меня слышишь, Нея?!

Она тормошит меня.

– Так он вроде с Эллой? Нет? – Ляпаю я.

Клянусь, не хотела портить ей настроение. Само как-то вырвалось.