Шрифт:
И вдруг, без паузы, словно и не менял тему:
— Откуда вы? Вы не похожи ни на кого из владеющих силой, что я знаю. А знаю я немало…
— Зовите меня Эран, — эльф чуть улыбнулся. — Магу, решившему, что он «господин», — это слово он окрасил лёгким пренебрежением и высокомерием, — впору сломать свой посох. А после и вовсе его съесть.
Он негромко засмеялся, продолжая ненавязчиво поддерживать собеседника.
— А откуда я… Об этом я вам расскажу, обязательно. Но не сегодня.
— Забавно, — как-то меланхолично отметил Наилир, — Обычно ваши… коллеги говорят абсолютно противоположное… Благодарю вас, тир[1] Эран. Вы дали мне надежду.
— Постараюсь не дать ей улететь, — улыбнулся в ответ маг.
Старик слабо улыбнулся.
А потом, завернув за угол, в несколько шагов дошёл до одной из дверей и прикоснулся к ней ладонью, заставив едва заметно вспыхнуть красным руны на её поверхности.
— Прошу, — кивнул он Эрану. — Всё, что может понадобиться, в двух смежных со спальней комнатой. Если же потребуется что-то дополнительное, воспользуйтесь колокольчиком у двери. Я предупрежу слуг, чтобы они выполняли все ваши распоряжения.
— Благодарю, — маг чуть склонил голову. — Уверен, что найду здесь всё, что мне нужно. Не тревожьтесь ни о чём, всё сложится как должно. Доброй ночи.
С этими словами, он выполнил ещё один положенный полупоклон и скрылся за дверью.
[1] Тир — вежливое обращение к аристократу или магу (в случае обращения к женщине — «тари»).
Глава 7 Тайный враг
— Пройдёмся немного, — предложил Гайр, когда они завернули за угол. — Столько времени не виделись…
Ниари недоверчиво повернулся к нему.
— Ты серьёзно? Отец сказал идти сразу в покои.
— А с каких пор ты выполняешь всё, что говорит отец? — огрызнулся тот.
Ниари вдруг резко остановился и, с силой дёрнув зятя за локоть, рывком развернул его к себе.
— Гайр, что происходит?!
— Где?
— Здесь! Что происходит между вами, с каких пор ты ему дерзишь?
Гайр помолчал. Потом вдруг усмехнулся — желчно, с какой-то злой горечью.
— Может быть, с тех пор, как у твоего отца на почве перенесённых утрат начался старческий маразм?
Ниари вздрогнул.
— Гайр, ты что…
— Я — ничего. Я из кожи вон рвусь, пытаясь обеспечить безопасность Башни, но все мои попытки сделать хоть что-то сверх бесполезных формальностей, которыми я завален по самую макушку, натыкаются на противостояние Третьего Стража. У меня ощущение, что он, не найдя врага вовне, решил назначить на эту роль меня. Он перепроверяет каждый мой шаг, каждый приказ, отменяет половину из них — только для того, чтобы отдать от собственного имени. Надо мной уже даже слуги смеются. Я устал, понимаешь? Устал.
— Подожди… — почти испугано поднял перед собой руки Ниари, — Подожди, давай помедленнее! Он отменяет твои приказы, серьёзно?
— Часть из них. Всё, что, как ему кажется, даёт мне слишком большую власть. Мастер Защиты? Ха! У меня остался только титул, даже графики учений и состав отрядов он постоянно меняет, не спрашивая меня. Он считает меня предателем, малыш. И даже не пытается это скрывать.
— Что ты несёшь… — беспомощно простонал мальчишка, потерянно отступая назад. — Отец всегда доверял тебе…
— Всегда — понятие конечное, Ниари. Любая неудача, любой мой промах расценивается почти как измена, за все несчастья крепости мне предъявляются претензии, и мне приходится оправдываться, как… как пойманному с поличным воришкой — только вот поличного нет. Но его это не останавливает. За последний год меня трижды допрашивали по синему разряду. И один — по красному. Спасибо ещё, что не по чёрному. Как, по-твоему, это должно прибавлять у меня уважения к нему?
— Что? — в ужасе прошептал Ниари, невольно пятясь назад неровным, спотыкающимся шагом. — Не может быть… Но ведь ты не?..
— Да! — вдруг с яростью выкрикнул мастер Защиты, в один шаг преодолевая разделяющее их пространство и хватая юношу за плечи. — Да, согласен, возможно, я это заслужил. Я не сумел уберечь свою жену, не смог обеспечить безопасность людей в крепости, и можешь мне поверить, его боль и гнев мне понятны больше, чем кому бы то ни было! Но он тоже не смог защитить Карилли — никто бы не смог, понимаешь? Однако винит он меня — словно он один её любил!
Он замер, наконец разглядев лицо Ниари. Мальчишка стоял, судорожно хватая ртом воздух, и в глазах плескалась такая боль, словно старший родич не за плечи его встряхнул, а по меньшей мере ударил кинжалом.