– Слушайте, Артур - говорю я. И тут же спохватываясь, добавляю: - Николаевич. Я готова сделать всё возможное и при этом всё, что в моих силах, для того, чтобы создать и провести выставку удовлетворяющую вашим запросам. Вот реально. Готова. Но без личного обнажения.

– Я вас услышал, - кивая, произносит Артур и в какой-то момент я уже готова облегчённо вздохнуть. Но он встаёт и добавляет: - В таком случае вы мне не подходите. Я попрошу Марину подобрать мне другого специалиста. Эта выставка действительно очень важна. Я не могу её профукать из-за комплексов неполноценности нанятого спеца.

Я офигеваю от подобного. Тупо не знаю, что сказать, пока он подзывает официанта. Наконец, понимая, что моя карьера из-за этого богатого придурка стремительно катится в тартарары, ехидно интересуюсь (и ехидство это - просто защитная реакция):

– А если Марина Петровна такого специалиста не найдёт, ей наверное нужно будет самой обнажиться, да?

– Если потребуется - безусловно, - отвечает он.
– А вообще, мне непонятна ваша реакция. Такое впечатление, будто я предложил вам съесть какую-то гадость, а не стать королевой вечера.

– "Королевой вечера"?
– тоже вставая, задыхаюсь я.

– Ну, конечно, - спокойно отвечает он.
– Вашу красоту увидят тысячи людей. И восхитятся ею, если вы всё сделаете грамотно. Я конечно не могу утверждать, что у вас красивая грудь, но...

– У меня красивая грудь, - с напором вставляю я.
– Но моя грудь...

– Не имеет отношения к данному проекту, - говорит он.
– Потому что вы - дитя предрассудков, а значит - и как художник - никакая. Я предлагаю больше не тратить друг на друга рабочее время.

– Да вы прикалываетесь, - не веря своим ушам, говорю я.

Я смотрю на него снизу вверх и вижу, как он чуть подаётся в сторону, высматривая официанта.

– Нет, - отвечает он и я вижу, что он всё это всерьёз.

Он явно собирается закончить встречу. От понимания этого на меня находит какой-то ступор.

– Интересно вы ведёте дела...
– оставаясь за столом, только что и бормочу я.

– Я их веду таким образом, чтобы был толк, - взглянув на меня сверху вниз, холодно отвечает Артур.
– Ничего страшного, найду другого специалиста. Сроки терпят.

Сроки терпят? Да эту выставку организовывать нужно галопам по европам! И это при наличии нужных контактов - активной базы фотографов, художников, дизайнеров и просто банально - строительных бригад!

– Я просто несколько в шоке , - продолжаю бормотать я, непонятно уже для кого и зачем, - от того, что раз я не готова раздеться для выставки, вы посчитали меня некомпетентной. Это... это... знаете ли, обескураживает...

– А на каком основании мне, простите, счесть вас компетентной?
– уперев ладони в край стола, говорит Артур. Он чуть нависает надо мной. Есть в этом что-то угрожающее.
– Вы мне принесли фотки пирожных. Я из Интернета накачать такие могу пачками. Никакой индивидуальности вообще. Для вас этот проект вообще ничего не значит, а для меня он важен.

– Но это неправда, - горячо возражаю я.
– Значит!

– Только вы не готовы в него вкладываться.

– Да готова я!
– восклицаю я.
– Просто раздеваться не вижу смысла.
– и добавляю с нервным смехом: - Я не модель, понимаете?

– И что?
– всерьёз озадачивается Артур.

– Как что?
– удивляюсь я.
– Я банально стесняюсь!

– Чего вы стесняетесь?
– по прежнему не понимает он.

Сейчас я стесняюсь ещё больше, потому что судя по лицам скучающей пожилой пары за соседним столиком, эти интеллигентные мужчина и женщина не без интереса греют уши. И поэтому я перестаю восклицать и отвечаю на тон тише, практически шепчу:

– Раздеваться.

– Вы стесняетесь раздеваться?
– недоумевает Артур.
– Вы же сказали, что у вас есть молодой человек

– Прилюдно раздеваться, Артур!
– шёпотом восклицаю я.

– Но вам не придётся прилюдно раздеваться, Оксана!
– вторит он мне.

Мы там шипим друг на друга, что со стороны наверняка создаётся впечатление какой-то своеобразной заговорщицкой беседы.

– Вы что-то хотели?
– любезно раздаётся за моей спиной тенор парня-официанта и я от неожиданности резко оборачиваюсь.

– Посчитайте нам, пожалуйста, - слышится невозмутимый голос Артура и я поворачиваюсь вновь, снова к нему.

– Хорошо, - отвечает стоящий за мной официант.

Артур опять наклоняется ко мне и говорит:

– Мне Марина вас очень-очень рекомендовала. Говорила, что вы - большая молодчина. А я пока что вижу только закоплексованную девчонку, которая принесла мне фотки пирожных. Вы меня этим удивить хотели? Или вы хотели этими фотками заинтересовать на моей выставке видавших виды москвичей?