Я была рада услышать что — то хорошее из моей поездки в Чикаго.

А сегодня была специальная доставка шарфа «Полотно греха». Это не показалось бы странным, если бы не этот конкретный шарф, который еще не был поставлен на поток. Единственный экземпляр был в нашей комнате хаоса.

Посылки и сообщения Спарроу держали его в центре моего внимания. Снова и снова я прокручивала в голове встречу в офисе. Каждый раз угрозы исчезали, когда я вспоминала, как мои внутренности скручивались, когда его твердое тело прижималось ко мне, и аура контроля окружала его, скрывая в тумане смешанных эмоций.

Я бы не нашла это привлекательным, но все же так оно и было.

Нет. Влечение не было причиной моего возвращения в Чикаго. Что делало его предложение даже заслуживающим внимания, так это не мысль о том, каково это — быть с ним. Это было его обещание, что он сможет рассказать обо мне. В двадцать шесть лет мне предложили возможность узнать свои собственные секреты.

Я налила себе бокал вина и снова принялась расхаживать по комнате.

Миллион вопросов проносились в голове, когда звонок телефона вернул меня к реальности, заставив подпрыгнуть. Какое-то мгновение я смотрела на него, потрясенная тем, что он звонит, гадая, действительно ли это он.

Экран засветился, но имени Патрика там не было. Вместо этого читалось ЗАБЛОКИРОВАННЫЙ НОМЕР.

Сделав глубокий вдох, я ответила:

— Алло.

— Арания.

Звук этого имени и тенор его голоса пронзили меня насквозь.

— Я… я не была уверена, что ты позвонишь.

Чертовы нервы.

Глубокий смешок добавил шума к грохоту внутри меня. Только своим голосом он мог вызвать бурю эмоций.

— У меня есть вопросы и требования, — сказала я, пытаясь взять себя в руки.

— Интересно. Я ожидал вопросов. У нас будет достаточно времени, чтобы ответить на них, как только ты окажешься здесь.

— В том-то и дело. Я не собираюсь быть там, не получив сначала ответов.

— Это не так просто.

— Да, это так, — сказала я, падая обратно на диван. — Я сама решаю, сесть мне на этот самолет или нет. Мне нужно больше, чем угрозы, прежде чем я сделаю этот шаг.

— Безопасность твоих друзей и бизнеса больше не твоя забота?

— Конечно, моя. Это не то, что я имею в виду.

— Тогда, пожалуйста, объясни.

— Мне нужно больше.

— Я уже дал тебе больше, — сказал он. — Я назвал тебе твое имя. Теперь твоя очередь давать. И я уже жду вечера среды.

Уверенность в его голосе скрутила мои внутренности, почти достаточно, чтобы убедить меня, что он прав. Почти.

— У меня есть требования. — Я не стала дожидаться его ответа. — Во-первых, я буду ежедневно общаться с Луизой. Это может быть по телефону или по скайпу. Я не откажусь от своей лучшей подруги и делового партнера. Я также буду вовлечена в повседневные операции «Полотно греха», и, наконец, я не буду заключена в тюрьму. Я буду приходить и уходить, когда захочу, включая возвращение сюда по мере необходимости. — Я ждала, пока телефон у моего уха молчал. Наконец, я спросила: — Ты все еще там?

— Это все? — спросил он.

— Все?

— Есть еще что-нибудь?

— Это… — сказала я. — …ну, ты будешь это уважать?

— Вот видишь, я был прав.

Его голос изменился. Больше не шторм, теперь он был гладким, как шелк «Полотно греха».

— В чем?

— Ты, Арания. Твои заботы сосредоточены на других, а не на себе самой. Этот недостаток прекрасен и бескорыстен, и поэтому тебе нужно быть здесь.

— Это не недостаток думать о других.

— Да, если это делается за твой счет.

— Значит, я должна сказать тебе, чтобы ты катился к черту? — спросила я, мое негодование росло, я подалась вперед.

Может, мне стоит продолжать жить так, будто ты не переворачиваешь все с ног на голову.

— Ты уже близко. Однако ты должна знать, что я не тот, кого будут трахать.

Я сделала глубокий вдох.

— Я подумал, что у тебя могут быть какие-то требования к жилью, например, к собственной комнате.

Ох, черт!

Я даже не подумала об этом. Как я могла не думать об этом?

— Я… Я…

— Как ты себя чувствуешь, узнав, что у меня есть на тебя планы?

Я вздернула подбородок и вскочила с дивана, крепче сжимая телефон с каждым шагом, пока шла через комнату и обратно.

— К твоему сведению, мой поступок не является и не должен рассматриваться как приглашение для тебя осуществить эти планы. У меня будет своя комната. И единственный объект траха, который будет иметь место, — это твоя собственная рука, так что привыкай.

И снова в трубке раздался глубокий смешок.