– Камилла, - прошептал Дэвид, покрывая поцелуями мою шею, - я хочу тебя.

Эти слова звучали как музыка. Пусть мужчина не говорит о любви, но он называет меня реальным именем, а, значит, будет заниматься любовью именно со мной, а не с супругой. Черт, я совсем запуталась. И о чем только думаю, когда давно должна раствориться в ощущениях.

Губы Дэвида спустились еще ниже, захватив бутон моего соска. Я вздрогнула, так сильны были ощущения. А потом он отстранился и внимательно посмотрел на меня. Темным немигающим взглядом, в котором плясало пламя, способное спалить обоих.

Вначале это был просто зрительный контакт, глаза в глаза, затем взгляд Дэвида спустился ниже на вишенки моих сосков. Прикосновение взгляда к коже ощутимо, как если бы мужчина коснулся меня рукой. Тело покрылось волной мурашек, а соски еще сильнее затвердели.

Дэвид хотел меня также сильно, как и я его. Опустила взгляд и заметила его возбуждение, которому уже тесно в штанах. Мужчина тяжело дышал, но бережно, словно фарфоровую куклу избавил меня от ночной рубашки. Под ней у меня только трусики, самые маленькие, которые нашла в гардеробе Генриетты.

Тело его супруги идеальное, а в области бикини светлые кудряшки. Дэвид стянул трусики до середины бедер, а потом медленными поглаживающими движениями растер влагу, проникая внутрь.

Ощущения настолько волшебные, что я закатила глаза и запрокинула голову. Ноги непроизвольно раздвинулись шире, впуская Дэвида все дальше. Даже если это только на один раз, ну и пусть. Прекрасно, когда тебя касается любимый человек.

С моих губ сорвались всхлипывания, а следом за ними раздались бессвязные стоны. В животе скрутился спазм, с каждым движением закручивающийся все сильнее. Неожиданно все закончилось, и я распахнула глаза. Взгляд Дэвида был мутный, а руками он рассеянно стаскивал с себя одежду.

Кинулась помогать, потому что тело у господина Лестера было таким идеальным, словно вылепленным из мрамора. Дэвид удивился, но позволил расстегнуть ворот рубашки и стащить ее через голову. Поддавшись желанию, приникла губами к его соскам, и из груди мужчины вырвались стоны.

Все время, пока я ласкала его языком, он вздрагивал и дрожал. Его тело сплошь усыпали мурашки, заставляя молить меня продолжать. Когда потянулась к его штанам, Дэвид открыл глаза, в которых бушевало пламя.

– Что ты делаешь? – прохрипел он.

– Хочу раздеть тебя, - мой напор остановить было уже невозможно.

Сознание улетело на небеса с бабочками, оставив только жгучее неудовлетворенное желание.

Какой же Дэвид красивый! Коснулась его возбуждения и наклонилась, чтобы и ему доставить удовольствие. Если сейчас сдержусь, а завтра вернусь домой, буду сожалеть об упущенных возможностях.

– Камилла! – выкрикнул он, когда я осторожно одними губами обхватила его головку, одновременно лаская ее языком.

– Тебе больно? – оторвалась от процесса и подняла голову.

– Нет, - Дэвид судорожно вздохнул, - просто ты касаешься меня ртом. Это так…волшебно.

Рассмеялась и продолжила до тех пор, пока стоны мужчины не переросли в крупную дрожь, и он сам меня не отстранил. В этот же миг горячее тело Дэвида накрыло меня, рассыпав идеальное блаженство по коже. Он проник в меня быстрым движением, сорвав всхлипы и стоны с истерзанных поцелуями губ. И он снова поцеловал меня, одновременно двигаясь и терзая меня изнутри.

А его пальцы уже вклинились между нашими телами и опустились на чувствительный бугорок. Мои пальцы впились в его плечи, и я подалась бедрами вперед, снова и снова принимая его в себя.

Движения Дэвида стали все сильнее, поднимая нас обоих на вершину наслаждения. Я закричала, мой любовник зарычал, а внутри такой нестерпимый жар, что непереносимо больно. Наслаждение забулькало в крови и, наконец, взорвалось сотней электрических импульсов. Наши голоса на краткое мгновение зазвучали в унисон, а затем Дэвид обессиленно опустился на меня, тяжело дыша.

Его тело влажное от пота, но такое любимое. Я бессознательно погладила его подушечками пальцев, вбирая в себя наслаждение.

– Тебе понравилось? – приподнявшись на локте, Дэвид улыбнулся.

– Конечно! – подтянулась, чтобы поцеловать его в губы. – Давно не было так хорошо.

Это была совершенная правда. Заниматься сексом и любовью с лучшим мужчиной на свете совершенно разные вещи. И сегодня это была именно любовь. Неразумная, внезапная, но такая правильная и острая, что я отбросила все сомнения.

– О том, чтобы помыться остается только мечтать, - вздохнула я, вспоминая свою гидромассажную ванну и душ тропический дождь.