Тейт удалось кивнуть.

— Никогда больше.

— А теперь ты заткнешься и покажешь мне, как сильно меня любишь, — сообщил ей он.

Девушка улыбнулась.

— Это может занять много времени, — предупредила она.

— Хорошо, что у нас его дофига.

«Ох, Сатана, как всегда такой башковитый».

16.

— Мне сейчас сделать предложение?

— Нет, Джеймсон.

— Хорошо. От этих слов мне становится плохо.

Тейт перевернулась на спину и посмотрела на Джеймсона.

— А ты хочешь сделать мне предложение?

— А ты хочешь услышать правду?

— Всегда.

— Нет. Господи, Тейт, я едва тебя знаю. Мне даже не известно твое полное имя. Какое у тебя второе имя?

— Эллиот.

Джеймсон повернулся к Тейт.

— Серьезно?

— Да. Не всем же так повезло, как тебе, Сантьяго.

— Заткнись.

— Ладно.

— Я скучал по тебе, малышка. Так чертовски скучал.

— Хорошо. Я тоже по тебе скучала.

— Ты всегда по мне скучаешь. Почему ты все время пытаешься сбежать?

— Потому что ты меня пугаешь.

— Ты тоже меня пугаешь, но я же не сбегаю.

— Знаю. Ты бесстрашнее меня.

— Иногда я в этом сомневаюсь.

Тейт потянулась и положила руку ему на плечо.

— Джеймсон.

— Хммм?

— Ты просил позволить тебе попытаться. Сказал, что готов попробовать. Это оно и есть. Я просто хочу быть с тобой и время от времени знать, что ты тоже хочешь быть со мной.

— Я всегда хочу быть с тобой, Тейтум.

— В самом деле?

— Да.

— Мне известно, как ты ненавидишь штампы.

— Потому что мы выходим за пределы штампов.

— Прекрасно сказано, Джеймсон.

— Спасибо.

— Мы выходим за пределы…

Джеймсон схватил руку Тейт, поднес ее к груди и положил себе на сердце.

— Мы справимся. Тейт, пусть все будет как будет. Семь лет, пузырек ксанакса, Пет, Ник, несколько стран и множество километров — и мы все еще вместе. Пора перестать убегать, малышка.

— Да.

— Скажи мне, что любишь меня.

— Я тебя люблю.

— Ты когда-нибудь будешь трахаться с кем-то еще?

— Не предупредив тебя – никогда.

— Паршивка.

— Что правда, то правда.

— Я всегда буду твоим любимчиком?

— К сожалению, да. Да, Джеймсон, ты всегда будешь лучшим.

— Хорошо.

Тейт откашлялась и забарабанила пальцами по его груди.

— А как насчет меня?

— Не будь идиоткой.

— Это ты идиот.

— Следи за языком.

— Так что насчет меня?

— А что насчет тебя?

— Джеймсон.

Джеймсон обхватил ладонью ее пальцы, прекратив их нервное движение.

— Я не из тех, кому трудно признать, кто мы друг для друга. Мне вовсе необязательно говорить, что я о тебе думаю или чувствую, потому что я совершенно ясно дал это понять.

— Твое представление о ясности не совпадает с моим.

— Тейтум Эллиот О'Ши, иногда мне кажется, что ты самый тупой человек на свете. Иногда — что ты ненормальная. Иногда — что я тебя ненавижу. Иногда мне кажется, что ты психованная сука, посланная за мной из ада. Но я всегда, ВСЕГДА считаю, что ты-лучшее, что когда-либо со мной случалось.

Тейт улыбнулась, и ее глаза наполнились слезами.

— Видишь?

— Что? Господи, ты опять плачешь?

— Это было почти мило.

— Снова скажи, что ты меня любишь, это обычно поднимает тебе настроение.

— От*бись, Кейн.

— Ну, почти.

17.

Тейтум наклонилась между передними сиденьями «Бентли» и взглянула в лобовое стекло. Почему они решили ехать в Аризону на машине, было выше ее понимания, и обратно лететь Джеймсон тоже отказался, оставив при себе Сандерса. И вот, они ехали через всю страну. Девушка потянулась к навигатору, но Сандерс шлепнул ее по руке.

— Пожалуйста, не надо. В последний раз, когда ты к нему прикоснулась, мы на несколько часов заблудились в Альбукерке.

— Непреднамеренная ошибка.

Они пробыли в Тусоне целую неделю. Тейт каждый день виделась с Ником. Он не светился от счастья, но и не оплакивал ее. Тейт была этому рада. Даже Джеймсон подошел и пожал ему руку. Ей даже не пришлось его об этом просить, он сделал это сам. На вопрос «Почему?», Джеймсон объяснил ей, что, хоть он и сатана, но ещё в состоянии распознать и оценить джентльмена.