— Ну, что, Крест, будешь должен.

— Говори.

Звонок от лучшего друга застает меня в ванной, где я под ледяной водой пытаюсь избавиться от навязчивых мыслей о вымотавшей все нервы блондинке. Вытаскивает на мягкий бежевый коврик, вынуждает наскоро обтереться и буквально запрыгнуть в мятую футболку и джинсы, в беспорядке валяющиеся прямо на полу в коридоре.

— Твоя в «Нуаре» зажигает.

В клуб с мрачным названием и фиолетово-розовым неоновым освещением я добираюсь в рекордно короткие сроки, пару раз выскакивая на встречку и подрезая возмущенно сигналящих мне водил. Бросаю «Марковник» поперек парковки и с совершенно недвусмысленными намерениями иду искать Лилю, протискиваясь между извивающимися под модные биты людьми.

А уже в следующий миг вспыхиваю от всепоглощающей ревности, застав Коваль в компании подруги и двух прилизанных мажоров, одетых с иголочки и явно пускающих вчерашним провинциалкам пыль в глаза.

— Ничего сказать мне не хочешь?

Кровавый туман в башке. Привкус полыни на языке. Десять секунд до детонации.

— Не хочу.

Ухмыляется. Обхватывает тонкими пальцами изящный фужер. Подносит к губам. Делает пару глотков голубоватой жидкости. Пять секунд до необратимости.

— Уверена?

Высвистываю вопрос сквозь зубы. Недобро щурюсь. Секунда до взрыва.

— Да.

Вместе с ее твердым уверенным «да» лопается к хренам мое самообладание, попутно сшибая на кафель смазливого блондина и стаскивая со стула слегка удивленную Лилю.

Сквозь танцующую толпу. К служебному выходу для персонала. В темный коридор с одиноко мигающей лампочкой.

— Что за гребанные игры в кошки-мышки ты устроила, Коваль?!

Ору так, что у самого гудят барабанные перепонки. Вжимаю девчонку своим телом в стену и сам не могу объяснить, отчего так разворотило башню. Как будто все рациональное ушло, оголив ни разу не безопасные первобытные инстинкты.

— Оставь меня, Игнат, а! Свали!

— Да черта с два! Пока ты мне все не объяснишь.

— Что тебе объяснить? Что мы друг другу не подходим?! Что я простая официантка, едва зарабатывающая на жизнь в Москве, а ты «золотой мальчик»? Твои родители никогда меня не примут! Не то воспитание, не то образование, порода не та! Зачем вообще начинать? Да я тебя старше на пять лет, в конце концов!

Дернувшись, яростно выпаливает Лиля, и теперь неконтролируемая дрожь долбит нас обоих. Пускает по телу убийственный ток. Выворачивает наизнанку. А еще подталкивает друг к другу, несмотря на только что озвученные Коваль «против-нельзя-не сработает».

— Наплевать!

Ору на максималках, хоть в помещении полнейшая тишина. Подаюсь вперед, грубо надавливаю на Лилин затылок и жадно впиваюсь в ее приоткрытый манящий рот. Как будто сто лет соблюдал целибат. Как будто умру, если не поцелую ее сейчас и не смешаю наши прерывистые дыхания в единое целое.

Кожа к коже. Изгиб к изгибу. Идеально подходящий к замку ключ.

— Не надо, Игнат…

Как типичная девушка, Коваль говорит одно, а действиями демонстрирует противоположное. Вгрызается зубами в мою ключицу, отодвигает край футболки и воюет с ремнем, расстегивая пряжку и взвинчивая градус напряжения до предела.

Дикая. С горящими серыми омутами. Такая настоящая и такая моя, что в это мгновение мне нет дела до остального мира, даже если на него обрушится смертоносный астероид.

Все равно. Только бы не выпускать Лилю из рук и вечно слушать ее сиплое чувственное «Игнат»…

Лиля

— Да встаю я. Встаю.

Мрачно нахмурившись, я гаркаю на разрывающийся на тумбочке будильник и нехотя вытаскиваю свое вялое тело из постели. Всовываю ступни в мягкие пушистые тапочки бледно-розового цвета, запахиваю полы длинного атласного халата, приглаживаю спутанные волосы, напоминающие воронье гнездо.

Веки норовят слипнуться, конечности будто налиты свинцом, скулы сводит от непрекращающейся зевоты. А все потому что целую ночь во сне меня преследовала Левина, по новой выплескивая прозвучавшие за вчерашним обедом обвинения. А вторил ей небезызвестный Алексей Бекетов, по каким-то причинам облачившийся в костюм Джека Воробья.