Дома тоже не радовали глаз изяществом линий и оригинальностью конструкций. Проще говоря, это были жалкие лачуги, в которых и свиньи постыдились бы селиться, не то что люди.

— А где тут лавка Акхазриеля? — почтительно осведомился Алекс у случайного прохожего, одетого более-менее прилично и опрятно.

Тот оглядел Алекса с головы до ног и сплюнул, ничего не ответив. Видимо, вежливый разговор с рыжими тигроидами не входил в перечень его приоритетов. Алекс пожал плечами и пошел дальше.

Дорогу ему подсказал нищий, за что пришлось расстаться с медяком из стремительно худеющей поясной сумки. Оказалось, что главная контора любителей прозрачных цветов расположена совсем неподалеку, направо после третьей улицы.

Когда Алекс добрался до нужного места, на Шоследо уже опустилась ночь. Небо весьма удачно затянули тучи.

На углу третьей по счету улицы Алекс остановился и оглядевшись, поменял цвет шерсти снова на черный. Теперь он стал почти невидимым на фоне черной закопченной стены одноэтажного здания, возле которого он стоял.

Вокруг никого не было и он надеялся, что его маскировочный маневр остался незамеченным.

Лавка алхимика находилась в глубине улочки. Это было угрюмый небольшой домик с закрытой дверцей и закрытыми на ночь окнами. Над дверью на железке болталась вывеска: «Эликсиры на любой вкус».

Впрочем, по некоторому размышлению Алексу показалось, что дом не такой уж и мрачный, а вполне обычный и даже местами симпатичный. Видимо, у него предвзятое отношение, после того, как он узнал, что здесь расположена главная берлога Секухона.

Все дома на улице были погружены в безмолвную тьму. Огоньки горели только в самом крайнем домике в конце улицы. Возле одного из домиков сидела, виляя хвостиком, дворняжка. Неподалеку от нее неподвижно лежал человек и Алекс слышал, как он храпит. Через улицу появились двое бродяг в лохмотьях и периодически прикладываясь к кувшину, прошли мимо.

Алекс стоял у стены здания на углу улицы и ждал. Когда же наконец Герменион соизволит выполнить свое обещание?

Вскоре с другой улицы послышался шум и шаги многочисленного отряда. Там шла целая толпа людей с факелами в руках. Огонь отсвечивал на лезвиях мечей. Приглядевшись, Алекс узнал черные мундиры солдат и темные капюшоны некромантов.

Понимая, что встреча с ними не входит в его ближайшие планы, Алекс вжался в стену здания, рядом с которым стоял, жалея, что ему не даровали способность становиться невидимым, хотя бы на пару минут.

Шумные враги промаршировали мимо него прямо к алхимической лавке. Особо не церемонясь, выломали двери и ворвались внутрь. Снаружи остались стоять около десяти солдат и четырех некромантов. Изнутри послышались протестующие крики, топот и пару раз даже ударили знакомые фиолетовые вспышки.

Усмехнувшись, Алекс продолжал вести наблюдение. Надо подождать, пока вода в мирном омуте ордена станет достаточно мутной, тогда можно действовать самому.

Перед зданием собрались несколько зевак. Некоторые из зрителей покачивались, еле стоя на ногах. Другие просили у солдат милостыню. Третьи спорили, отвечая на вопрос, чем это Акхазриель умудрился не угодить властям.

Поскольку приближалось время его выхода на сцену, Алекс подошел к пьянице рядом с собачкой и стащил с него поношенный кафтан и помятую изорванную шляпу. Дворняжка не протестовала, только продолжала мирно махать хвостом в знак одобрения его действий.

Напялив на себя вонючую и грязную одежду, Алекс снова поменял цвет шкуры на рыжий и притворившись бродяжкой, тоже влился в группу зевак рядом с разгромленной лавкой алхимика. К тому времени спорщики пришли к единому мнению, что Акхазриель, скорее всего, попался на торговле запрещенными возбуждающими травами, вроде желтой беладонны.

Прошло с полчаса, шум и разговоры на повышенных тонах в лавке прекратились. Наоборот, оттуда послышался довольный смех, а чуткий нос Алекса уловил ароматы первоклассного эля.

— Ловок, паскуда, — проницательно подметил один из участников дискуссии. — Сунул золото начальству и все, ускользнул из лап правосудия.

— Теперь и дальше будет впаривать травку, — признал его оппонент.

— Верно, сволочь он, этот ваш гребаный черножопый эльф! — закричал один из раскачивающихся свидетелей происшествия. — Он мне тогда вместо зелья от головных болей слабительное подсунул! Ломайте лавку!

Но солдаты предупреждающе ощетинились копьями, а некроманты подняли руки, окруженные фиолетовым паром, готовым смениться порождающими скелетов всполохами.