– Без меня – буркнула поименованная особа, опрокинув рюмочку означенного напитка. Не знаю, я бы не рискнул такое употреблять, больно уж у этого ликера цвет неестественный. И не красный, и не оранжевый, а какой-то промежуточный. Чую, одна его стопка наносит печени урон, соразмеряемый с ящиком водки, никак не меньше – Биллиард – не мое. Вот если бы вы в «крокодила» играли – тогда пожалуйста. А все это катание шаров по столу…

– Забава для идиотов – закончила за нее Таша – И не спорь, ты именно это имела в виду.

– А я и не спорю – Ксюша отправила в рот еще одну рюмку ликера, вытерла губы ладонью и продолжила – Была охота. Все так и есть. Ик!

– Вот вы обе сегодня разошлись – прониклась Шелестова – Знала бы, давно сюда вас затащила, блин! Эта биллиардная неправильно называется, вот что я вам скажу! Какие «Кий и два шара»? Ее надо переименовывать в «Сорванные маски». Или даже не так. «Метель сорванных масок», вот!

– А почему «метель»? – утомленно осведомилась у нее Вика – Она тут причем?

– Понятия не имею – бодро ответила ей Елена – Просто так звучит красивее.

– Ой, Лен, напридумываешь ты вечно всякой всячины – Мариэтта взяла из вазы с фруктами грушу – Метель, маски… Все куда банальней обстоит. Просто одна наконец наелась от пуза, потому разговорчивой стала, и вторая тоже, в каком-то смысле… Кхм… Накушалась.

Ксюша смерила Соловьеву недобрым взглядом, но промолчала, не стала ее слова никак комментировать.

– Не хочешь – не надо – миролюбиво произнесла Таша и ткнула пальцем в сторону Петровича – Ну что, не передумал ставить на кон свою удачу?

– В противостоянии с тобой я бы даже личную мужскую свободу поставил в заклад – неожиданно игриво заявил мой давний приятель – И проиграл ее. Но, боюсь, не прокормить мне тебя. Нет, не прокормить.

– Воу! – оживился задремавший было по нетрезвому делу Самошников – Народ, а тут все, похоже, не так просто. Петрович, мы тебя теряем?

– Спи дальше – посоветовал ему именинник – Или завидуй тише.

– Даже если и так, то что такого? – резонно заметила Шелестова, снова отхлебнув из стакана – Ну, трещит над ними крылышками амур, это же здорово! И еще – предусмотрительно. Петрович в отличии от тебя на перспективу работает.

– Поясни! – потребовал Самошников.

– Ночи все короче, дни длиннее, температура стоит в районе нуля неделю, снег почти сошел – начала загибать пальцы Елена – Короче – весна пришла, горюшко ты наше. Скоро деревья соки по стволам погонят, щепка на щепку полезет, и у Петровича все в этом плане будет отлично. А ты, шутник, будешь на него смотреть и завидовать. А вечерами, приходя в пустую съемную квартиру, один, сам с собою…

– Да пошла ты – уже всерьез обиделся на нее коллега – Сама ты с собою, понимаешь!

– Что ты там говорил про приличных людей, Вадим? – рассмеялась Вика – Прости, я в тот раз не расслышала?

– Но никто ведь пока не умер? Значит, все нормально – хладнокровно уточнил Петрович, снял треугольник с пирамиды шаров и предложил Таше – Твой удар первый. Разбивай.

Не знаю, как кому, а мне все очень понравилось. Утро выдалось суетным, день противоречивым, а вечер – он задался. И клуб оказался очень милым несмотря на то, что первое впечатление от него лично у меня сложилось не лучшее. Не глянулся мне местный полумрак, да и неразговорчивость официантов настораживала. А оказалось – самое то. Никто никому тут не мешал, каждая компания находилась как бы в своем отсеке, включая, кстати, нашу охрану. Мы-то с Викой к ним привыкли, а вот остальные пока нет.

К тому же тут оказались очень неплохая кухня и впечатляющий барный ассортимент, так что смело можно говорить о том, что вечер задался. Причем настолько, что не хотелось, чтобы он вообще заканчивался. Подозреваю, что мое мнение разделяли и остальные, кроме, разве что, стремительно набиравшейся до состояния риз Ксюши. Не понимаю, с чего ее так растопырило-то? В чем причина? В служебном плане у нее все нормально, особенно если учесть, что за последний косяк никаких санкций не последовало, в личной жизни никаких неприятностей не происходит. Тут ведь как – нет личной жизни, нет неприятностей.

А она вон, рюмку за рюмкой опрокидывает, и соловеет прямо на глазах. Вот куда ее такую красивую теперь везти, а? Домой рискованно, не дай бог надумает за добавкой сходить и найдет в ночи приключения на свою задницу. Или, того хуже, на спине заснет и проследует по стопам Дженис Джоплин.

Но и с собой мы ее забрать не можем. Даже с учетом всех знакомств и возможностей не дадут нам ее в жилые помещения «Радеона» провести, пусть и на одну ночь.

Удар! Петрович киксует, причем даже я, изрядный профан в биллиардных забавах, понял, что сделал он это умышленно.