— И что теперь? — запаниковала я. — Он что, так и будет ко мне на ночёвку ходить, пока в его кровати все лягухи не передохнут?!

— А они не передохнут, девочка, — покачала головой Амиля. — Они будут там жить и плодиться, пока ты не уберёшь их.

— Так что делать-то? — заломила я руки.

— А ничего… пока ничего, — ответила женщина, резко поднявшись. — Идём, буду учить тебя основам управления силой.

— Прямо сейчас? — испуганно спросила я.

— Предлагаешь подождать до тех пор, пока не разнесёшь весь дворец, даже не почувствовав, что это сделала ты? — язвительно спросила Амиля.

— Аргумент, — опустив голову, пробурчала я. — Но можно же хотя бы одеться и поесть?

— Никакой еды по утрам! — припечатала она. — И больше никакого мяса, вообще! Только овощи, фрукты и сладкое. А учитывая, что ты ещё под действием Солнечной слезы, в ближайшие пару дней и от сладкого лучше отказаться.

— Я сдохну! Если не от истощения, то от нервов, — взвыла я.

— Одеваться и в берилловую комнату, — строго приказала Амиля.

— Только не туда! — взмолилась я. — Эта комната меня просто прикончит!

— Не прикончит, — пообещала она. — В первую очередь научу сбрасывать излишки энергии.

— Звучит не очень обнадёживающе, — покачала я головой, и сбежала в ванную.

Пока умывалась… пять раз, чтобы потянуть время, Амиля стояла под дверью и увещевала меня, призывая к благоразумию.

Да о каком благоразумии может идти речь, когда я ядерная бомба без пульта управления?! Устроила в спальне жениха болото, и даже сама не заметила, когда и как! А что я ещё успела натворить? Может на кого-нибудь смертельное проклятье, или неснимаемую порчу наслала, неосторожно взглянув? А то и того хуже — устроила какой-нибудь катаклизм на другом конце этой планеты, чихнув ненароком! Хотя нет, вроде не чихала…

— Эйлисса, выходи! — потребовала Амиля. — От себя не спрячешься.

Я же посмотрела на своё испуганное отражение в зеркале, скривилась, в очередной раз отметив более курносый нос и волосы, которых не касались утюжок и краска, и показала язык изменившим цвет глазам. Вроде и я, и в тоже время не я. Странное ощущение — будто угодила в анимацию, в которой мою внешность скопировали, но с небольшими огрехами.

— Эйлисса! — опять позвала Амиля.

Открыла дверь и попросила:

— Пока мы одни, называй меня, пожалуйста, Лизой. Я не Эйлисса, я Елизавета, Лиза.

— Нет, ты Эйлисса, избранная принцесс королевства Вед, смирись, — тихо ответила она, схватив меня за лицо. Погладила щёки пальцами и добавила шёпотом: — Смирись, девочка. У тебя нет другого пути. Думаешь, проклятый поверит и поймёт, если всё расскажешь ему? Да, он воспользуется ситуацией и получит рудники, а тебя казнят как ведьму, нарушившую договор. А если даже и пожалеет, всё равно вернёт королеве.

— И это плохо? — спросила шёпотом.

— Королева никогда не признает, что её дочь, на которую возлагали надежды все мы, стала отступницей, девочка. Ты просто исчезнешь для всех, тебя навеки запрут в берилловой камере. А ведьмы угасают в каменном мешке за пару лет, — ответила она. — Ты обязана быть сильной ради всех нас, и прежде всего ради себя.

— Умеешь ты мотивировать, — вяло усмехнулась я. — Веди уже на тренировку, буду познавать ведьминские премудрости в ускоренном темпе.

— Сначала нужно переодеться, — улыбнулась Амиля. — В халате тебе будет неудобно.

— Мне в этом мире в принципе неудобно, — проворчала я, но пошла за ней.

А спустя пять минут, облачившись в, о счастье, облегающие мягкие штаны и свободную тунику до середины бедра, я уже входила в местную комнату для экзекуций. Обувь мне не выделили, объяснив это тем, что непосредственный контакт с берилловым полом избавит от необходимости летать между стенами, пока не научусь скидывать энергию, осознанно выпуская её в пространство.

И началось обучение джедая. Я честно старалась, слушала, вникала и пыталась повторить всё, что требовалось, но эффект был нулевой. Я просто не чувствовала силу, которая, по словам Амили, во мне буквально бурлит. По моим ощущениям во мне сейчас бурлили только страх, возмущение и полный шок от происходящего. Очень хотелось проснуться, и понимание, что не сплю, злило неимоверно. А злиться мне нежелательно…

— А это вообще нормально, что у меня ноги горят, будто на горячем песке стою? — спросила, в очередной раз провалив попытку визуализировать ведьминские силы через произнесение абры-кадабры с сопутствующим загибанием рук в крендель.

— Когда появилось ощущение? — оживилась Амиля.

— Да почти сразу, как сюда пришли, — ответила я, переступая с ноги на ногу. — Но сейчас сильнее припекать начало.

— Мы на верном пути! — обрадовалась она.

— Да мы уже полчаса здесь топчемся! Если это верный путь, то он какой-то больно длинный, обходной что ли? — проворчала, начав разгуливать по комнате.

Освещение тут было примечательное — оно расходилось светящимися прожилками от пола и расползалось по стенам замысловатым узором. Если судить непредвзято, даже красиво. Но меня этот светящийся узор только раздражал.