«Да пошло оно всё нахер», — подумала я и схватила кий.

Если этот засранец порвёт её девственную плеву, то Ханну выгонят.

— Ты ничего не нафаршируешь! — сказала я и…

ТРЕСК!

…Сломала эту палку прямо об его спину. Когда он скатился с неё — завывая, — я ударила пяткой в его солнечное сплетение, а затем…

ХРЯСЬ!

…Поставила ногу ему на голову и ударила по ней со всей силы. Этот ублюдок не будет уже никого насиловать.

Но вы же знаете, какие реднеки бывают. Маленькая драка перерастает в большую драку, и следующее, что я помню, — Ханна дралась с какой-то метамфетаминовой шлюхой, а две другие проститутки дёргали меня за волосы и били меня кулаками. Большинство ударов было пропущено из-за того, что они были сильно напичканы наркотиками и выпивкой, но всё же. Я действительно не нуждалась в этом после того, как отсосала целой таверне, полной жлобов.

— Бой цыпочек! Бой цыпочек! Бой цыпочек! — все начали кричать.

— Ты ударила мою сестру, толстая сука! — этот мешок с дерьмом кричал на меня и пытался меня задушить.

Я оглянулась и увидела, как сиськи Ханны шлёпались вверх и вниз, в то время как у неё в тисках были ещё две худые сучки. Когда она ударила их головами, они обе вырубились.

Это было безумие. Все дрались. Теперь это место выглядело как один из тех дурацких бойцовских клубов, где на ринг выходят все сразу. Но большинство этих вонючих пизд нападали на меня. Сначала ещё одна метамфетаминовая шлюха начала шлёпать меня по толстому животу, и — О-о-о! — мне не понравилось это дерьмо, поэтому я укусила её за нос и ударила её головой о своё колено, но потом другая сука со светлыми волосами и с фиолетовыми прядями цвета виноградного Kool-Aid, и — вы не поверите — с татуировками черепов направила на меня нож.

— Мой постоянный клиент Джори сказал, что у тебя рот лучше, чем у меня, толстая сука! Толстая, толстая, толстая!

Помните, я говорила, что вы можете называть толстых людей толстыми только до того времени, пока у них не лопнет терпение? Что ж, моё терпение лопнуло. Я схватила эту проститутку за запястье и била его об стол, пока она не уронила нож, а затем бросила на неё весь свой вес. Это было похоже на то, как тяжёлый грузовик снёс знак «Стоп». Я схватила её, и когда мы падали, она ударилась головой о край барной стойки. И вырубилась.

Но мне этого было мало. Я перетащила её через барную стойку животом вниз и задрала её узкую джинсовую юбку. На ней даже трусиков не было — вот шлюха! — но так получилось даже лучше.

— Ханна! Иди сюда и раздвинь этой суке булки! — крикнула я.

Ханна неуклюже подошла, пыхтя и сопя.

— Что ты собираешься сделать?

— Просто выполняй! — я схватила пистолет с газировкой из-за стойки бара, и когда Ханна раздвинула ягодицы этой суки, я воткнула пистолет ей в задницу и наполнила эту деревенщину диетической Pepsi.

— Вау, это здорово! — взвизгнула Ханна.

Ага. Это было здорово. Очень здорово.

Но именно это моё действие изменило ход событий. Теперь все стали ещё более психованными — это стало совершенно неуправляемо. Чуваки дрались с чуваками, чувихи дрались с чувихами, некоторые чувихи дрались с чуваками и побеждали — даже старый бармен бил людей по голове метлой. Летали стаканы и бутылки, со шлюх срывали одежду, столы крушили.

— Мы должны убираться отсюда, Ханна! — крикнула я. — Это превращается в бунт деревенщин!

Мы схватили нашу одежду и собирались убежать, но затем Ханна спросила:

— Погоди! Где Кеззи?

Это был хороший вопрос, потому что я её не видела, но потом я заглянула в бильярдную и…

Чёрт возьми!

Джетро и Вилли терзали Кеззи по бильярдному столу. Один был у спущенного верха Кеззи, он тёрся членом между её грудей, а другой стягивал с неё трусики.

— Прекратите это! — закричала я.

Я схватила Вилли за волосы, но он просто закрыл мне лицо рукой и оттолкнул. Я приземлилась на стол и сломала его. Ханна помогла мне встать.

— Мы должны позвать Зенаса!

Но прежде, чем мы успели дойти до входной двери…

Входная дверь вылетела.

Бой остановился, как в стоп-кадре, и вся таверна замолчала. Затем вошёл Зенас.

Если раньше я думала, что шум был ужасным, это было ничто по сравнению с этим. Когда все деревенщины увидели Зенаса, стоящего там в его костюме горничной, они начали смеяться так сильно, что я подумала, что потолок вот-вот рухнет. Но самое лучшее… они смеялись недолго.

Зенас снял туфли тринадцатого размера, затем схватил Вилли и, примерно за одну секунду, перевернул его вверх ногами, ударил его головой об пол и одним движением поразил его промежность. Даже если бы этот парень не сломал себе череп, у него никогда не было бы детей, и это было к лучшему, потому что все они были бы метамфетаминовыми наркоманами, без вариантов. Джетро был на голову выше Зенаса и был ещё мускулистее, но когда он ударил Зенаса кулаком по лицу…

Ничего не произошло.

Зенас только улыбнулся и выбросил парня в окно.

Хотя в таверне было ещё десять или пятнадцать парней, и эти ребята были крутыми, не имело значения, двое против одного, трое против одного, четверо — Зенас выбил из них всё дерьмо. Это было похоже на просмотр драки в салуне из старого вестерна с Джоном Уэйном, только в этом случае Джон Уэйн был одет как грёбаная французская горничная. Через десять минут все чуваки в помещении валялись без сознания.

— Боже, Зенас, — сказала я. — Ты — единственный человек, надравший задницу им всем.