Я заставляю себя сделать пару шагов к прилавку и забираю коробку у него из рук.

— Тебе больше понравится этот. — Взамен вручаю ему набор с ароматом лаванды и ванили в подарочной упаковке. — Тебе всегда нравилась эта комбинация.

— Видишь? Я даже не знаю, что мне нравится.

— Поверь мне, я в курсе, — тут же вырывается у меня.

Он только прикусывает губу в ответ.

— Отлично выглядишь. И это все тоже. — Тэлон кивает в сторону киоска. — Задумано и исполнено великолепно. Очень профессионально. Мне нравится новая упаковка, и логотип тоже. Я очень тобой горжусь, Аз.

Аз. Боже, как же я скучаю по этой короткой версии моего и без того короткого имени.

— Да, неплохо получилось, — соглашаюсь я.

— Я, кстати, читал в блоге у Пикси, что ты теперь придумываешь дизайн и шьешь одежду для кошек.

— Ты правда читаешь ее блог?

— Ну конечно! Я все еще ее самый преданный фанат.

— Очень мило с твоей стороны.

Он обводит взглядом магазины и людей вокруг, словно собирается с мыслями, потом снова заглядывает мне в глаза.

— Я хотел попросить прощения. Я был неправ. И еще хотел сказать спасибо за то, что нашла для меня врача.

Обида и боль, с которыми я так старательно боролась последние несколько месяцев, захлестывают меня, но я отказываюсь давать волю чувствам.

— Спасибо тебе за эти слова, — все, что мне удается из себя выдавить.

— Не хочешь вместе перекусить? Когда ты заканчиваешь? Я могу вернуться за тобой попозже.

У меня перехватывает дыхание. Зачем он это делает? Совсем сошел с ума?!

— Не думаю, что это хорошая идея… — признаюсь я дрожащим голосом и отвожу взгляд, притворяясь, будто поправляю какие-то коробки на витрине.

— Хотел немного поболтать. Узнать, как у тебя дела. Я скучаю по нашим разговорам. На самом деле ты — единственный человек, который со мной по-настоящему разговаривал и слушал. — Тэлон прикасается к моей щеке, и я замечаю крошечную татуировку у него на безымянном пальце. Кольца больше нет, но я по-прежнему там.

— Тэлон… — Я на секунду прижимаюсь щекой к его руке, а потом накрываю ее своей и слегка сжимаю перед тем, как убрать. — Я не могу. Прости. Просто сейчас не самое подходящее время.

Интересно, когда будет подходящее время? Сколько времени нужно, чтобы залечить разбитое сердце? Можно ли вообще его залечить? Или оно так и останется навсегда раненым и трепещущим во тьме своей клетки?

Он какое-то время смотрит на меня не моргая, ждет чего-то, и на мгновение создается впечатление, будто у меня слишком ослаб голос, и он не расслышал, что я сказала «нет». Я даже почти хочу, чтобы он не расслышал, тогда можно было бы притвориться, что я этого не говорила.

Наконец он улыбается почти искренне и кивает головой.

— Конечно, я понимаю. Попытка — не пытка, верно? Если передумаешь, напиши мне. В любое время.

— Хорошо, — беззаботно соглашаюсь я, словно мы с ним просто старые друзья.

Тэлон достает бумажник и пытается заплатить за набор с мылом, но я отталкиваю его руку.

— Просто забирай. Как благодарность за то, что помог мне со всем этим. Без твоей помощи и денег, конечно, я ничего этого бы не смогла.

Без предупреждения он сгребает меня в тесные объятия, и я, не удержавшись, крепко обнимаю его в ответ.

— Ты — по-прежнему моя девочка! — выдыхает он.

От этой близости такое чувство, что из легких пропал весь воздух.

Конечно, твоя. Всегда буду твоей. Боже, как же я скучаю! И как не хочется его отпускать!

— Я люблю тебя, — тихонько шепчу я, зарывшись лицом и руками в его шелковистые, спутанные волосы.

Он, конечно же, не слышал. Но я все равно сказала. Возможно, этого достаточно. Наверное, иногда просто услышать слова — это еще не все. Порой, чтобы услышать что-то, нужно это еще и почувствовать.

Мы отстраняемся друг от друга медленно, как магниты, которые неумолимо тянет обратно, до тех пор, пока расстояние между ними не становится слишком большим, и на этом расстаемся. Я не провожаю его взглядом. Однажды я уже видела, как он ушел. Больше не хочу.

Я закрываю киоск на час раньше обычного, поскольку после короткой встречи с Тэлоном чувствую себя эмоционально и даже физически вымотанной. Зачем он появился и снова разбередил без того не успевшие зажить раны? Запах его одеколона все еще чувствуется на моей одежде, и теперь все, чего мне хочется, это зарыться носом в собственную блузку и вдыхать его аромат.