— Слишком долго, слишком долго! — покачал головой Джилет. — Скажи, чтобы поторопились.

Однако еще в бытность телефонным взломщиком, проникая в сам «Пасифик белл», Джилет знал, что рабочие компании могут даже самостоятельно, при помощи физических усилий управлять коммутаторами — огромными комнатами, напичканными электронным оборудованием, — на глаз находя связи, чтобы проследить звонок к отправителю.

Ренегат334: Я слышал о потрясающем хакинге Фейта то есть точно слышал и видел его в сети и спрашивал о нем но он просто отшвырнул меня. Потом странные вещи начали происходить и я слышал о программе которую он написал лазейка и теперь очень напуган.

Пауза, затем:

Трипл-Х: Ну и что ты хочешь?

— Он напуган, — решил Джилет. — Я чувствую.

Ренегат334: лазейка, она действительно приводит его в любой компьютер и просматривает всю подноготную, то есть ВСЮ, и ты даже не догадываешься об этом.

Трипл-Х: Не думаю, что она на самом деле существует. Просто легенда.

Ренегат334: Не знаю думаю все правда, я видел как мои чертовы файлы ОТКРЫВАЮТСЯ а я даже пальцем тогда не шевелил.

— Мы получили отзыв, — сообщил Миллер. — Онпроверяет нас.

Трипл-Х, как и предсказывал Джилет, запустил собственную версию «Гиперпоиска», чтобы проверить Ренегата334. Анонимизатор, написанный Стивеном Миллером, заставит машину Трипл-Х подумать, будто Ренегат находится в Остине. Хакер, наверное, уже получил отчет и поверил ему, потому что не отключился.

Трипл-Х: Какое тебе до него дело? Ты на публичном терминале. Он не может добраться до твоих файлов здесь.

Ренегат334: Я здесь сегодня только потому что мои чертовы родители забрали мой Dell на неделю за плохие оценки. Дома я висел в сети и клавиатура сломалась а потом файлы начали открываться сами по себе. Я отключился. То есть совсем.

Снова длинная пауза. Потом наконец хакер ответил.

Трипл-Х: Правильно, что отключился. Я знаю Фейта.

Ренегат334: Да откуда?

Трипл-Х: Начинал разговаривать с ним в чате. Помогал мне отлаживать программу. Торговал софтвером.

— Да парень просто золото, — прошептал Тони Мотт.

Нолан сказала:

— Может, он знает адрес Фейта. Спроси.

— Нет, — ответил Джилет. — Мы можем его спугнуть.

Секунд пять сообщений не появлялось, потом:

Трипл-Х: BRB.

Завсегдатаи чатов разработали аббревиатуры для нескольких фраз — чтобы экономить время и силы при печатании. BRB [10] означает «сейчас вернусь».

— Он отправил нас гоняться за химерой? — спросила Санчес.

— Связь все еще открыта, — ответил Джилет. — Может, пошел попить или еще что-нибудь. Пусть «Пасифик белл» не прекращает поиск.

Он откинулся на спинку стула, тот громко скрипнул. Проходили секунды. Экран оставался неизменным.

BRB.

Джилет взглянул на Патрицию Нолан. Она открыла сумочку, мешковатую, как и платье, вытащила лак и рассеянно принялась красить ногти.

Курсор продолжал мигать. Экран все еще пустовал.

Призраки вернулись, и на сей раз их стало больше.

Джеми Тернер слышал их, пока шел по коридорам школы Святого Франциска.

Возможно, звуки издавал только Бути или учителя, проверявшие надежность дверных и оконных запоров. Или студенты, пытающиеся найти место, где покурить или поиграть в свои мальчишечьи игры.

Но он не мог выкинуть из головы призраков: духов индейцев, замученных до смерти, и студента, убитого пару лет назад тем психом, ворвавшимся в школу, — тем, который, внезапно осознал Джеми, тоже пополнил ряды призраков после того, как его застрелили полицейские в старой столовой.

Джеми Тернера совершенно точно породил мир машин — хакера и ученого, — и он знал,что призраки, мифические существа и духи не существуют. Почему же он так дьявольски напуган?

Потом ему в голову пришла странная мысль. Джеми решил, что, может, благодаря компьютерам жизнь вернулась к ранним, более духовным — и колдовским — временам. Компьютеры сделали мир похожим на место из книг девятнадцатого столетия, Вашингтона Ирвинга или Натаниэля Готорна. «Сонная лощина» и «Дом о семи фронтонах». Обратно туда, где люди верили в призраков, и духов, и странные вещи, недоступные человеческому взгляду. А теперь появились сеть и коды, и боты, и электроны, и невидимые невооруженным глазом вещи — почти как призраки.Они парят вокруг нас, могут появиться из ниоткуда, могут сделать что угодно.