— Ты обратил ее?

— В ночь твоего становления, — кивнул он. — Она схлынула, — чувства плескались в его глазах, выливаясь через край. И теперь я понял его. Томас защищал ценой своей собственной жизни. Рисковал, но боролся, как мог.

— Почему ты напал на Бэкку тогда?

— Я не тронул бы ее, ты сам это видел. Я просто пытался напугать ее, чтобы она убралась из города.

Я посмотрел на Хизер. Так вот, что они все делали, они пытались защитить ее таким образом.

— Потому что я до сих пор не знал, почему происходят эти убийства. Я следил за Мирандой и увидел, как она наблюдает за Бэккой. Понял, кто будет следующей жертвой, и мы с Хейли начали действовать. Я поймал Бэкку в лесу, а потом следил за ней в Балтиморе. Тогда Хейли и сделала тот звонок, чтобы предупредить сестру. Но Бэкка не стала слушать. Когда она приехала, все сразу поняли, что она твоя истинная пара. Но Миранды в городе не было, и она узнала об этом позже.

— И все-таки Бэкка ей нужна лишь потому, что она моя.

— Думаю, да. Жаль, что я не смог защитить ее.

— Ты сделал все, что мог, — слез со стула и устало потер глаза. — Что теперь делать?

— Ты забыл, что они родные сестры и связаны одной кровью? — тихо спросил Томас.

Господь всемогущий, как я упустил это?

Хейли все также стояла за спиной Хантера, и эти резкие повороты головы выглядели забавно, будто девушка до сих пор не могла привыкнуть к тому, кто она, реагируя на каждый шорох и движение. Она, как волчонок, уши которого ловят каждый звук, пока он учится существованию в природе.

— Хейли, — позвал ее и медленно подошел ближе.

Ее напуганный взгляд, направленный на меня, заставил поежиться. Неужели я так жутко выгляжу? Хотя. Скорее всего, учитывая обстоятельства.

Она попятилась назад, но Томас успокоил ее, взяв за руку.

— Тише, детка. Он не тронет, обещаю. Он Альфа, — бормотал Томас, а я проклинал себя за то, как ошибся в нем.

Подошел к девушке так близко, насколько это можно было сделать. Ее зеленые глаза пристально следили за мной.

— Позволь мне, — нужно было успокоить ее прежде чем действовать.

Она недоверчиво посмотрела на своего парня, и тот снова кивнул в ответ.

— Я обещаю, что не сделаю тебе больно, Хейли, — попытался я снова и, моргнув, вспыхнул алым взглядом. — Покажи мне, — наклонился к ней практически нос к носу, глядя в ее глаза, которые вслед за моими вспыхнули ярким желтым светом. — Не сопротивляйся, Хейли. Я Альфа, это бесполезно. Просто расслабься и впусти меня. Дыши со мной, — более убедительно произнес, взяв ее за руку, сжимая в такт вдохам своим и ее, настраиваясь на один ритм.

Темный подвал, маленькое окошко… столько боли. Желтые глаза напротив.

Кто-то поднимает ее рывком и ведет на улицу. Бэкка совсем без сил, кровь капает на землю, но она не сдается.

От невыносимого чувства страха за нее меня едва разорвало от громкого протяжного воя, вибрирующего в горле до адской физической боли. В следующий момент Томас дернул Хейли на себя, пряча от меня.

— Я знаю, где она, — и я бросился к выходу.

Моя стая последовала за мной.

Я иду за тобой, моя волчица.

Держись.

Ради меня, продержись еще несколько минут.

Миранда толкала меня вперед. Эти тычки в спину были словно плевки. Она наслаждалась каждым движением и каждым ударом. Насколько же нужно быть чокнутой, чтобы вести себя так? Насколько нужно быть ненормальной, чтобы насилие доставляло удовольствие? Даже если оно ради любви.

О какой любви шла речь в том подвале, я до сих пор не понимала. Она рассказывала о своих чувствах по отношению к Хантеру. Описывала во всех подробностях их близость. А мне было противно слушать. В ее глазах загорался больной огонек, когда речь заходила о Бейкере. И это не любовь, это помешательство. Возможно, она до укуса была не в себе, а обращение лишь усугубило ситуацию, дав этой ненормальной еще и дополнительную силу, с которой нормальному человеку было бы не справиться.

Ступая голыми ногами по земле, дрожала от холода. Эта идиотка вытащила меня из дома в одной футболке и джинсах. Хотя, о чем ей переживать, ведь она собиралась убить меня. И ей было плевать, комфортно ли я себя чувствовала.

Мысли, которые летали в моей голове со скоростью света, заставили усомниться в собственной адекватности.

Говорят, что в момент, когда смерть уже близко, перед глазами пролетает вся жизнь, но я, как назло, не могла вспомнить ничего такого, за что могла бы зацепиться, чтобы не было так страшно.

— Шевелись, — снова тычок в спину.

Она гнала меня в самую чащу леса.

Воздух становился холоднее, и стук моих зубов, кажется, слышно было во всей округе.

— Давай поговорим, Миранда, — не знала, сколько еще буду пытаться оттянуть момент своей гибели, но сдаваться я не собиралась.

Она глухо и холодно рассмеялась за моей спиной.

— О чем еще ты хочешь поговорить, Бэкка? Кажется, мы уже все выяснили. Разве нет?

— А разве да? — глупый разговор ни о чем, но он давал мне несколько дополнительных минут.