– Безотходное производство? Теперь понятно, почему империя так разрослась, а клан Ночи набрал такое влияние.

– Небесный металл – это достояние всей империи, а не отдельного клана, – возразил мастер Чжи. – Поэтому его добычу контролирует император. Клан Ветра обеспечивает присутствие жидкости в бассейне. Клан Песка занимается торговыми вопросами. Ну а клан Ночи должен следить за тем, чтобы тайна этого металла не раскрылась, и убьет любого, кто попробует сунуть туда нос.

Я насмешливо глянул на учителя.

– Зачем же вы меня тогда туда отправили?

– Чтобы ты не вернулся, разумеется, – спокойно отозвался сиулец. – Или убедиться, что мне не показалось, и ты действительно не тот, за кого себя выдаешь. Добраться до дна бассейна, пока оттуда не слит раствор, способен лишь тот, кто знает, как перейти на изнанку. А добыть оттуда металл под силу только изоморфу. Да и то, не всякому.

– Хотите сказать, вам не удалось? – насторожился я.

Мастер Ю Чжи усмехнулся.

– Я не кузнец. А магия, если помнишь, на фэйтал не действует.

– Но все же вы в курсе, что он там есть, – прищурился я. – А значит, или посвящены в тайны, как минимум, одного из кланов, или же наткнулись на источник могущества империи случайно и просто не смогли заполучить его для себя.

Мастер Чжи усмехнулся.

– Второе.

– Это означает, что на изнанку вы тоже выходите. Но тогда, наверное, отсутствие разрывов в здешнем барьере – ваша работа?

– Моя, – не стал отрицать маг. – Почти полвека потратил, чтобы привести тут все в порядок. И то, не везде закончил.

Я покосился на старика с нескрываемым уважением.

Сиулья велика. А он – почти обычный человек, которому вряд ли досталась такая же удачная форма, как мне. Соответственно, на изнанке он наверняка не способен пребывать слишком долго. И каждый поход туда, вероятно, приводит его на грань истощения. Причем не за день, как некоторых, а всего за несколько ун или даже тин. При этом за неделю с лишним путешествий по городу я почти нигде не увидел значимых надрывов в барьере. Но раз империя входит в Альянс, то лет триста-четыреста назад здесь тоже велась охота на изоморфов. И если после этого в Сиулье осталось столько же оборванных коридоров, как в Гоаре, которые усилиями мастера Чжи почти целиком оказались залатаны…

Черт. Этот человек проделал титаническую работу!

– Сколько тебе понадобилось времени, чтобы добыть кристалл? – снова спросил учитель, вырвав меня из размышлений.

– Ну… где-то с четверть рина.

– Так мало? И при этом ты незнаком с восстанавливающими практиками? – сдержанно удивился сиулец.

Я получил от Ули тревожный посыл и, спохватившись, сделал морду кирпичом.

– У меня другие источники энергии.

Правильно. Мастера Чжи я знаю всего второй день. И тот факт, что он тоже оказался изоморфом, вовсе не делает его моим близким другом.

К счастью, мастер Чжи понял все абсолютно правильно.

– Извини, – улыбнулся он, когда встретил мой настороженный взгляд. – Боюсь, любопытство свойственно не только молодежи. Мне, чтобы пробыть на изнанке достаточно долго, приходится готовиться заранее. Но я подумал, что, возможно, тебе известен более легкий путь?

Я медленно покачал головой.

– Скорее всего, он вам не подойдет.

– Жаль, – совершенно искренне огорчился сиулец. – Изоморфам доступно многое, однако наши возможности во многом ограничены свойствами той формы, что была задана изначально. Ты, кстати, знаешь, что способен взять матрицу даже у зверя?

– Да.

– А то, что вернуться потом в человеческую форму гораздо сложнее, чем обычно?

Я недоверчиво хмыкнул.

Разве? Что-то мы с Изей ничего подобного не замечали.

– Зверь всегда остается зверем, даже если ты встретил его не в лесу, а в собственной голове, – пояснил учитель в ответ на мой вопросительный взгляд. – Звериные матрицы гораздо сильнее человеческих. Они быстрее с нами сливаются. И порой прилипают сразу и намертво просто потому, что душа зверя, как и в обычной жизни, стремится выжить любой ценой. Подмять под себя соперника, вытеснить его со своей территории. Если не удается сделать это сразу, зверь обычно затаивается и устраивает засаду. Как в жизни. И, если упустить момент, можно даже не заметить, когда тебя захлестнут чужие инстинкты. Еще сложнее потом остановиться и отделить себя от набравшего силу зверя. По этой причине принимать звериную матрицу молодым изоморфам крайне опасно – неокрепший разум очень уязвим. Так что, если ты когда-нибудь соберешься рискнуть, то лучше сперва приручи живого зверя и только потом влезай к нему в душу.

Я озадаченно почесал зазудевший копчик.

Интересный нюанс. Но мне другого тела, кроме Изиного, не нужно. Да-да, хвостяра, я тебя ни на кого не променяю, так что перестань меня щекотать!

– Я вижу, ты не особенно удивлен, – заметил старый маг, когда в воздухе повисло гнетущее молчание.

– Просто размышляю, как лучше использовать новую информацию.

– Сомневаешься, стоит ли мне доверять? – проницательно взглянул на меня старик. – Что ж, разумно. На твоем месте я бы тоже заколебался. Но раз уж ты сам ко мне пришел и до сих пор не отказался от ученичества, то, может, твой улишш перестанет прятаться и ответит наконец моему? Без доверия, кто бы что ни говорил, полноценное обучение невозможно.