– Возвращаемся через зал, - скомандовала я. – Заодно там стенку сверкающую поближе изучу. А мои друзья пока пройдутся туда-сюда, поищут пузатого крылана. Брать только живым!

Вуко поправил нашейный платок, сбившийся набок от захвата Джаги, посмотрел сначала в одну сторону, на череду дворцовых комнат, потом в другую – на такую же вереницу помещений. И со вздохом спросил:

– А каким еще? Как-будто мы его убить собирались. Как ты такое могла подумать?

– Пришибить ненароком – легко, а вот чтобы специально – зачем? – удивился вместе с ним Джага.

Ох, и трудно иногда объяснить местным что означают словечки из моего прежнего мира. Я заметила, что проще делать вид, что еще не полностью контролирую речь. Поэтому она у меня такая уникально-запутанная получается.

– Спрошу пока не забыла, - выпалила я напоследок, старательно отворачиваясь от недовольного стражника. – А вы обращали внимание на барельеф? Сверкающий такой, в зале, в котором нас допра… расспрашивали.

– Его трудно не заметить, - вежливо ответил Вуко.

Кейтер лишь пожал плечами и поднял бровь. Дескать, к чему ведешь?

– Там странное изображение, - поделилась я. – Драконы, летящие с земли в небо, парящие выше облаков.

И вот здесь была небольшая загвоздка. В этом мире я не видела звезд. Ночное небо было, каждый вечер на улице дисциплинировано темнело. Растекался слабый, притуманенный свет, льющийся откуда-то сверху.

Но не было ни привычной по прежней жизни Луны, ни ярких, светящихся точек, которые древние люди соединяли в созвездия. Просто мягкий, ночной, почти рассеянный свет.

И поэтому высеченные на камне сияющие блики, явно изображающие звезды, вызывали во мне логичное недоумение.

– Это старое произведение искусства, - вдруг сказал Вуко. – Я помню его со времени, когда меня привозили маленьким во дворец. Когда стоишь рядом и молчишь, то можно рассмотреть картину, а стоит заговорить, камень словно с ума сходит. Но Его Величеству Сардану зал нравится. Говорят, он часто проводит в нем важные приемы.

Еще бы. Я едва удержалась от хмыканья. Похоже, артефакт – это королевский секрет, которым со мной вовремя поделился Криспиан. Кстати, отсутствие Таумарана меня начало настораживать. Особенно в свете каких-то проблем с его венценосным дядей. Вот только поделиться с парнями своими подозрениями я сейчас не могу. Любопытный стражник чуть ли не всем телом между нами залезает, старается все услышать.

– Этот камень...
– заметив, что его рассказ меня заинтересовал, лорд Нервиг решил продолжить, - его привезли во дворец очень давно и уже с нанесенной картиной. На ней души древних драконов улетают ввысь и превращаются в яркие вспышки. Нам их не видно снизу, но они есть.

«Не видно, но они есть…» - ошеломленно повторила я, поежившись от заколовшего под ложечкой предчувствия. Что же произошло с этим миром? Каким образом он потерял весь космос? Все указывало на то, что раньше местные знали о существовании звезд, видели их. Иначе невозможно было настолько достоверно изобразить ночное небо с парящим в нем ящером.

Попрощавшись с парнями, я в задумчивости побрела обратно. Под бдительным присмотром охранника. И - уткнулась в запертую дверь зала.

– Разошлись уже все, пока вы со своими друзьями за крыланами бегали, - пробубнил стражник мне в затылок, - этот зал всегда закрывают, как только он пустеет. Пойдемте со мной, дэса, хватит задерживаться. Мы вернемся в вашу комнату окольным путем. А насчет того, что толстых крыланов у нас мало, так это поклеп и напраслина. Нормально они у нас питаются, в хорошем теле многие, - я хотела отмахнуться от его оправдательной речи, но вдруг услышала радующее продолжение. – Вон, например, летит. И аж лопается от жира.

Я подняла глаза и действительно обнаружила пикирующее на меня создание крепеньких размеров. При этом категорически не толстое! И ни капли не лопающееся! Я утверждаю это с полной… тьфу… с несомненной уверенностью. Просто существо было милое и по-детски, невинно пухленькое.

По имени Сиротка.

– Па-ма-хи-те! – истошно запищал мой красавчик и упал на меня сверху.

Чтоб тебя, ушастая пакость! Проклятие! Ты ж меня чуть с ног не сбил!

Ладно, признаю. Немного раскормила…

В прошлой жизни, по соседству, на одной площадке, жила молодая женщина. Она часто прогуливалась с малышом в открытой коляске. Бутуз вечно смеялся, демонстрируя рот с двумя зубами, а ручки-ножки у него были настолько полненькими, что состояли из сплошных, будто надутых складочек. Его родительница гордо поглаживала три пера на лысенькой голове чада и спрашивала меня: «Правда, он необыкновенно красив?». «Просто чудо» - аккуратно соглашалась я.