Мужчины заливали ее можжевеловой настойкой и драками — вместо того, чтобы обсуждать, иногда гораздо приятней просто сделать кому-нибудь хуже собственными руками.

Эш старался не вглядываться в лица и не вслушиваться в голоса, чтобы усиленным чутьем не ловить чужих эмоций, и это немного помогало.

Или просто за время охоты он растратил часть новой силы и теперь уже был не так восприимчив, как утром.

А потом Эш ощутил болезненное, саднящее жжение на груди. Как будто вместо древа у него там была неглубокая, но грязная рана, которую следовало вскрыть и хорошенько промыть отваром змеиной травы.

Он невольно потер ладонью меж застежек на безрукавке, стараясь унять боль.

— Это что еще значит… — проговорил он сам себе, поморщившись.

Ворон внутри него хрипло рассмеялся.

«Это значит, что в этом городе еще один дингир сейчас тоже трет разнывшуюся стигму,» — сказал он.

Эш мгновенно одернул руку.

Что?

Кто-то из дингиров здесь? Так близко?

«Может быть, даже ближе, чем ты думаешь, — довольным голосом ответил ворон на вопросы, которые Эш успел только подумать. — Может быть, он прямо сейчас следит за тобой из толпы или из-за угла и размышляет, является ли простым совпадением твое движение мгновенье назад…»

Стараясь сохранять внешнее спокойствие, Эш лихорадочно соображал.

Ему-то казалось, что все это где-то далеко, и случится еще не скоро.

Если вообще случится.

И вот охотник уже где-то рядом и метит ему в спину, в то время как Эш даже приличным клинком не разжился.

Беспечный идиот.

Он вдруг осознал, что совершенно ничего не знает о слезах Матери и стигме, разросшейся у него на груди.

Насколько отчетливо можно угадать дингира, если приблизиться к нему? Можно ли, полагаясь на ощущения, найти дом, в котором он ночует? Узнают ли они друг друга, если столкнутся в толпе? Или боль от стигмы никак не меняется, и она просто или есть, или ее нет?

И вообще откуда этот дингир здесь взялся?!

Эш сбавил темп и нарочно поехал медленнее.

Он напряженно думал, прекрасно понимая, что любая ошибка сейчас может стоить ему жизни.

Вероятность того, что двое охотников совершенно случайно выбрали в качестве убежища один и тот же город среди множества других городов и деревень, была ничтожно мала.

Эшу вдруг вспомнилось странное создание, убегающее с крыши, и черный силуэт прошлой ночью…

Скорее всего, сейчас во всех в приграничных городах кишмя кишело шпионов. И для знающих людей внезапное появление стигматика-сатира не могло пройти незамеченным.

А если так, то за всей их троицей могли наблюдать чьи-то внимательные глаза.

Вот только вряд ли дингир захочет устраивать разборки при свете дня и на виду у толпы. По крайней мере, он сам бы так делать не стал. Даже если бы у него хватало ресурсов безнаказанно уйти из города. Потому что никто не знает, сколько еще осведомителей в данный момент находится в городе. И чьи они.

Ворон, подслушивая обрывки его мыслей, хрипло посмеивался на ухо. И больше ничего не говорил. Хотя Эш был уверен, что эта хитрая курица знает куда больше, чем рассказал своему носителю.

Сволочь.

Если эта встреча — случайное совпадение, то время еще есть.

Но если охотник пришел целенаправленно, опасность могла угрожать прежде всего Дару. Ведь Эша почти не видели вместе с Шедой, в то время как Дарий выступил по полной. И сейчас в течении дня их тоже постоянно видели вдвоем.

Означает ли это, что он в опасности?

Или, наоборот, в безопасности, потому что чувство стигмы должно было появиться у дингира только после возвращения Эша в город?

Окончательно запутавшись, он был готов схватиться за голову руками и взвыть на луну, которая еще не взошла.

Между тем из-за угла показался дом красотки Бэл. Привязав мерина у питейной, Эш прихватил с собой накрытую тканью клетку и направился к знакомому крыльцу.

Так что же делать?..

Вот если бы как-нибудь оповестить Дария, не рискуя выдать себя с головой, столкнувшись на безлюдной дороге с другим дингиром…

В этот раз Мими открыла ему с радостной улыбкой.

— Здравствуйте, господин! Моя госпожа ожидает вас, — сказала она, пропуская гостя в гостиную и с любопытством поглядывая на его странный подарок, накрытый тряпкой с мелкими дырами и кровавыми отметинами. — Не желаете ли отужинать?

Он задумчиво посмотрел на девушку. Та вдруг зарделась, опустив глаза.

— Госпожа… ожидает вас, — снова повторила она.

— Да, я слышал. Принесешь чего-нибудь прохладного? Пить очень хочется, — сказал он Мими и направился к спальне. — Бэл!..