– Не рада меня видеть? – одарив обворожительной улыбкой, насмешливо спросил Стив.

– Очень даже наоборот, – честно призналась я, и его глаза в который раз вспыхнули золотом.

Воздух ощутимо нагрелся, или это мне стало жарко от того, как он приближался – медленно, завораживающе плавно. В аромат меда врезался запах специй.

Пол под ногами качнулся, будто содрогнулся.

А меня словно молнией прошило. В последнее время мне слишком часто кажется, что земля под ногами качается. Может, не кажется вовсе?

– Ты это чувствуешь? – спросила я, нахмурившись и оглядываясь по сторонам, едва Стив, оказавшись совсем близко, обнял меня за талию.

– Что именно? – вскинув бровь, спросил он.

– Словно… земля дрожит, – пробормотала я.

Тут уже и Стивен нахмурился, глядя на меня серьезно и внимательно.

– Я думал, что мне это показалось.

– Не показалось, – догадка была словно вспышка. Это мог быть Сшал. Но что бы это значило? Возможно, стоит проверить? – Ты меня извинишь? Мне нужно немного времени… Я чуть позже спущусь…

– О нет, любимая, – одно это слово вспыхнуло внутри огненным цветком и согревая меня, и обжигая. – Я не оставлю тебя, – и уже тише, зарывшись носом в мои волосы, словно не существовало в этом поместье ни опасностей, ни заговоров, добавил: – Не смогу…

– Как вам угодно, лорд Рендел.

Он не спрашивал, что за очередная блажь посетила мою голову. Шагал рядом с самым серьезным видом, пока мы не остановились у того самого портрета.

Леди в синем смотрела на нас серьезно, пронизывающе и с толикой укоризны. Будто мы не оправдали ее ожиданий.

– Не желаешь объяснить, причем здесь моя прабабушка? – наконец не выдержал Стив.

Ну вот, кажется, и пришло время раскрыть все тайны Драконьего гнезда. Рассказать правду, которая держала меня в этих стенах.

– Это вход, Стив. И ты… должен меня выслушать, – я коснулась рукой портрета и… ничего. Картина так и осталась на месте. Никакого входа, никакой потайной двери. Просто краска на холсте. Ни капли магии. – Ничего не понимаю.

Неужели – все? Я слишком долго откладывала, и теперь Сшала не стало? Он мертв? Последний дракон… Я выдернула из-под платья медальон и с силой его сжала в ладони, не обращая внимания на боль от врезавшихся в кожу краев.

– Шарли, все в порядке? – спросил Стив.

– Здесь был вход в подземелье, – проговорила я, едва шевеля онемевшими губами.

– Нет. Здесь не было никакого входа. Это я тебе точно говорю.

– Был. Еще недавно…

– Птичка, я вырос в Гнезде. Знаю каждую трещину в кладке. Ничего того, о чем ты говоришь, здесь не было.

– Да был же! – вскрикнула я.

– Глупости. Вот смотри… – Стив хотел толкнуть картину рукой, но… холст расступился, как в прошлый раз, и буквально проглотил его в одно мгновение.

Я даже глазом моргнуть не успела. Так и стояла некоторое время, сжимая медальон в ладони и, наверное, не дыша даже.

Минуточку, стоять здесь – смысла мало. Здесь вход, а выход совершенно в другом месте.

И я, подхватив юбки, рванула туда, где стоило ждать Серебряного дракона – к склепу в заброшенной части сада.

Я неслась по коридорам и ступеням Гнезда, не чувствуя земли под ногами. Внутри все стянулось в ожидании чего-то неотвратимого, словно только что случилось нечто важное.

Там, в подземелье поместья, в этот момент, вполне вероятно, дракон обрел своего всадника. Если я не ошиблась. А если Стив не имеет к легенде о драконах никакого отношения? Да и как он отреагирует на то, что в подвалах его дома спит древний ящер? О боги! Нужно было его предупредить!

Земля в который раз дрогнула. От подземного толчка вздрогнуло пламя на фитилях настенных свечей. Я и сама невольно остановилась, опершись на стену, чтобы не упасть. Это уже ни с чем не перепутаешь и не спишешь на слабость в ногах.

Но именно это дрожание земли заставило меня ускорить шаг, почти перейдя на бег.

Я словно нырнула в ночь – в ее прохладу, свежесть, в пение сверчков, безразличных по всему происходящему в поместье. Вдохнула ее аромат полной грудью, стараясь унять дрожь в теле – и магию, покалывающую кончики пальцев.

Дорога к склепу угадывалась с легкостью. Благо полнолуние не только создавало зловещие силуэты, призванные распугивать любителей ночных прогулок, но и позволяло разглядеть поросшие сорняками дорожки.