Сестра-близнец Нокса кивает.

— Да. В конце концов, я здесь, потому что мне интересно, что тебя так изменило за последнее время.

— Tи!

— Что? Ты мне не рассказываешь.

— Мне нечего рассказывать.

— Очевидно, есть. — Эльза улыбается с явным озорством. — Я так рада, что мы решили полететь с папой в командировку.

— А я нет. Так что вы трое можете уходить.

— Нет, — в упор заявляет Тил.

Эльза обнимает ее за плечи.

— Что она сказала.

— Я звоню вашим мужьям.

Он лезет в карман и достает свой телефон, а затем включает громкую связь.

Я вздрагиваю, читая определитель номера— Эйден.

Он поднимет трубку с глубоким, скучающим:

— Привет, ублюдок.

— И тебе привет, мудак. Если ты не знал, Эльза здесь, в Нью-Йорке. Я не вижу тебя рядом с ней, чего, если я правильно помню, не случалось за последнюю тысячу лет.

— И?

Нокс делает паузу, затем трясет трубку, будто может физически потрясти человека на другом конце.

— Алло? Это телефон Эйдена Кинга? Кто ты и что, черт возьми, сделал с этим сумасшедшим ублюдком?

— Заткнись нахрен и позаботься об Эльзе на эти пару дней.

В глубоком голосе Эйдена слышатся нотка раздражения. Он также звучит слегка убийственно.

Я слышала его только по телефону, но этого достаточно, чтобы по моему позвоночнику пробежала дрожь. Не могу представить, каково это встретиться с ним в реальной жизни.

Мой взгляд переходит на Эльзу, которая выглядит невозмутимой. Она великолепна и выглядит спокойной, чего нельзя сказать о ее муже. И я задаюсь вопросом, как они вообще вместе.

Нокс крепче сжимает телефонную трубку, и это возвращает мое внимание к нему.

— Или ты можешь прилететь сюда сам и забрать ее или что-то в этом роде? Пришли свой самолет.

— Нет, пока не закончатся сорок восемь часов.

— Ты уверен, что не ударился головой? Потому что ни за что на свете ты бы не позволил ей находиться вдали от тебя так долго.

Эйден делает паузу, прежде чем сказать:

— Мне многое пообещали.

Эльза улыбается, затем шепчет:

— Множественное число.

Эйден, который, похоже, не знал, что говорит по громкой связи, делает вдох, затем понижает голос до предела.

— Чертово множественное число, милая.

— Не могу поверить, что ты позволил ей манипулировать тобой, Кинг, — насмехается Нокс. — Ты потерял хватку.

— Пошел ты. Если она вернется хоть с одним задетым волоском на голове, считай, что ты труп, Ван Дорен.

И с этими словами он вешает трубку.

Нокс ругается, затем бросает взгляд на Эльзу.

— Что ты пообещала этому сумасшедшему ублюдку, чтобы он выпустил тебя из виду.

— Это наш секрет.— она подмигивает.

— Фу. Отвратительно. Но это еще не конец. — он направляет свой телефон на них, будто это оружие, затем набирает другой номер. На этот раз я вижу имя «Ронан» на его экране. Как только он отвечает, Нокс говорит: — Забери свою жену, Рон. Она нежеланный гость в моей квартире.

— Уже лечу, — бодро отвечает он.

— Не смей, Ронан, — говорит Тил.

— Но он сказал, что ты нежеланный гость, ma belle — моя красавица. Я должен прилететь и отлупить его за то, что он так тебя назвал.

— Ты обещал, — выпрямляется она.

— Ладно, как скажешь, — он звучит подавленно. — Мы с Реми скучаем по тебе.

— Я скучаю, мамочка. — в трубке раздается тоненький голосок.

— Я тоже скучаю по тебе, малыш. — она улыбается в первый раз с тех пор, как приехала сюда. — Мама собирается остаться с дядей Ноксом на несколько дней, а потом я вернусь, хорошо?

— Хорошо! Мы с папой подождем.

— Хороший мой мальчик.

— Рон. — Нокс скрипит зубами, его слова звучат отрывисто. — Скажи или сделай что-нибудь.

— У меня связаны руки, Ван Дорен. Я проиграл гребаное пари, так что у меня нет права голоса.

— Почему я должен терпеть поражение?

— Не называй мою Тил и Элли поражением, а то я тебе морду набью, понял?

К концу разговора Нокс тяжело дышит, Тил и Эльза улыбаются, а Итан явно веселится.

Я собираюсь вырыть себе могилу за то, что чувствую себя не в своей тарелке.

Они семья, а я просто посторонняя. Кто-то, кто даже не должен существовать среди того, что кажется их обычной формой взаимодействия.