— А если он не справится?

— То они дойдут до столицы, — вздохнул глава инквизиции. — Они дойдут и уничтожат весь императорский род.

— Если они уничтожат императора и наследников, то это… — Циперон моргнул и взглянул на старичка. — Это точно обернется новой гражданской войной.

— В любом случае нас ждет смутное время. Надо подготовиться к нему и свести его к минимуму, — кивнул старичок, снова припав к ароматному чаю.

Циперон сидел молча и поглаживал на боку приземистой чашки искусно вылепленный цветок.

— Определить противников, найти союзников и сделать так, чтобы у нас было преимущество по силам. Многократное, подавляющее преимущество, с которым никто не станет спорить. Захватить власть, уничтожить несогласных, отрезать пути отступления ненадежным и выстроить четкую и понятную вертикаль власти.

— Это уже более похоже на план, — улыбнулся старичок. — Только сначала надо понять: какой вариант будет более выгоден нам, и как к этому подойти.

— Вы про Маркуса?

— Да. Когда он вернулся, он видел то, что произошло с империей. Я понимал его реакцию и поэтому спросил его о том, будет ли он вмешиваться в гражданскую войну.

— И что он ответил?

— Он сказал, что он будет грызть зубами стены темницы, но в подобное не ввяжется.

— Если Маркус не ввяжется в междоусобную войну за власть… Это будет тяжелая и очень кровопролитная война. Мы и так много потеряли в прошлой, и я уверен, что эта война будет еще разрушительнее, — задумчиво произнес молодой инквизитор. — Если войска этой Барроулии будут разгромлены, и он вернется в свою темницу, то нас ждут по-настоящему темные времена. Не будет такого перевеса сил, который сможет склонить всех и подчинить… А что если бы Маркус возглавил бы какой-нибудь орден?

— Я бы примкнул к нему, — вздохнул старичок. — Проблема не в том, кто сядет на трон. Проблема в том, что нужна подавляющая сила. Такая, что заставит всех сложить оружие и начать договариваться.

— А если Маркус проиграет? Что если он… Что если его все-таки развоплотят?

— Если найдется сила, способная развоплотить Маркуса, то нам непременно надо ее использовать. Понимаешь, о чем я?

— Не совсем, — нахмурился инквизитор.

Старичок с досадой хлопнул себя по лбу и достал небольшую папку с документами.

— Что ты знаешь о клане «Западный медведь»?

— Проклятый клан, — вздохнул Циперон. — Мутная история с императрицей, а причем тут…

— Ты знал, что Робин, сын последнего главы — темный с хорошим даром? — протянул ему папку с документами старичок.

Циперон принял папку, но не спешил ее открывать, внимательно слушая старичка.

— Они изо всех сил скрывали его дар. Ты ведь понимаешь, что светлые ордена пришли бы за ним? Император никогда бы не дал этому клану покровительства и защиты. Даже для одного ребенка.

— Клан «Западный медведь» уничтожен, — нахмурился Циперон.

— Да. Да и парень попал под проклятье императорского рода, — кивнул старичок. — но мать этого мальчишки была достаточно умной, чтобы сохранить своего сына.

— Он жив?

— Жив и вышел из-под проклятия, — кивнул старичок. — Он темный маг и учитель его — проклятье перевала Укто.

Помощник умолк и несколько секунд переваривал сказанное. Он поднял взгляд на своего руководителя и тихо произнес:

— Он уничтожит императора и весь его род.

— Не факт, но он пойдет до конца, — кивнул глава инквизиции. — Я не удивлюсь, если он сможет это сделать, даже если Маркус победит.

— У Маркуса есть шанс победить?

— Есть и неплохой, но у него кое-чего нет.

— О чем вы?

— Я о ключе, — произнес старик и достал из-под мантии неприметный шнурок, на котором висела половина круга.

— Что это за ключ?

— Это ключ от темницы, — вздохнул старик. — Если тут вообще уместно такое название.

— Она что-то скрывает?

— Да. Она скрывает причину, по которой эта темная сущность не может успокоится.

— О чем вы?

— Когда произошел последний бой с прошлой династией… в исторических хрониках пишут не всё. Далеко не всё и не так, как есть на самом деле, — вздохнул старик.

— Они кого-то еще убили?

— Нет. Совсем нет. И мы кое-кого не убили. Императорская семья была захвачена, — старичок поставил чашку на столик и поднялся. Подойдя к шкафу, он достал из него большую плотную книгу без надписей, на кожаном черном переплете. — Здесь есть все о том, что там произошло по-настоящему.