Наконец, я поднялся. Оглядел сокурсников — спят, как убитые. По лесу набегались, вот их и отрубило. Даже Ганс, очнувшийся только чтобы поесть, планировал отоспаться.

Только одна крупная фигура выделялась, сидя на бревне у кострища. Он сгорбился и крутил в руках травинку. Если бы не повязка на голове — Тайла утверждала, что она действительно необходима, я и не признал бы парня с первого взгляда. Хотя, выбор у меня небольшой — таким огромным ростом и широченными плечами кроме Зенфера и Ванса похвастаться некому.

Я встал. Тихо перешагнул через руку Вариса — тот вывалился из спального мешка и растянулся звёздочной прямо на земле. Да ещё и успел зажевать длинные волосы Уайта.

Приблизившись к Жозефу, я спросил:

— Чего не спишь, герой потасовки?

Ванс повернулся ко мне и насмешливо ответил:

— Так разве я герой? Ты-то что пришёл, всё-таки захотелось боевую раскраску?

— Мне своей достаточно, — ответил я, садясь рядом.

Пару минут мы посидели в уютной тишине — когда Ванс молчит, его присутствие даже кажется незаметным. Затем парень спросил:

— Ну, что хотел? Нечего возле меня околачиваться. Я тебя не звал, и в друзья к тебе не напрашивался.

— Из какой ты семьи, Жозеф? — невинно спросил я. — Я, знаешь ли, ужасно запоминаю все эти знатные фамилии.

— Как ты можешь не знать? Ты идиот, — сплюнул Жозеф. — Мой отец — покойный граф Ванс. Между прочим, при жизни он вёл дела с главой семьи Эльдалиэва.

Да тут дворян как собак нарезанных…

Покойный? Занятно.

Заметив моё молчание, Ванс пробурчал:

— Ну и что ты тут сидишь? Что ещё тебе надо?

— Я пришёл по-старчески читать тебе нотации, — невозмутимо заявил я. — Хватит уже быть мудаком. Речь фильтруй — мы тут не всё против всех, а приехали для командной работы. А ты явно из тех, кто портит всё только из-за дурного характера. Мне плевать, что ты о нас всех думаешь, но контролируй то, что ты показываешь другим. Разу уж ты из такой знатной семьи, должен хоть что-то понимать. Графский сын, посмотрите на него.

Жозеф хмуро уставился на меня.

— Эй, Эльдалиэва, ты совсем охре…

Я щёлкнул пальцами. Тёмная дымка окутала моего сокурсника — щупальце зажало ему рот, и я шикнул:

— Тихо. Перебудить всех собрался? Жозеф, либо ты ведёшь себя нормально, либо я решу, что ты тащишь нашу группу вниз. Я, знаешь ли, всегда так мечтал о паре беззаботных деньков молодости, и теперь, когда они мне достались, я не позволю твоему отсутствию мозгов всё испортить. Самоутверждайся как-нибудь ещё.

Жозеф, не способный пошевелиться, окинул меня внимательным взглядом и медленно кивнул. Быстро сдался — я уже надеялся под шумок ему что-нибудь сломать. Всё равно побитый — кто глянет, подумают, что проглядели.

Я отпустил Ванса. К моему удивлению, он не стал ничего делать. Только смотрел на меня исподлобья, а затем спросил:

— Что с тобой не так, Эльдалиэва?

— Не твоя проблема, — отозвался я. — А кому скажешь — всё равно не поверят, что такой тихоня мог тебе угрожать.

Жозеф закрыл глаза, признавая поражение.

— Если ты сильнее меня, я приму твоё условие.

— Что значило это если? — спросил я.

— Ты сразишься со мной, — сказал Жозеф. И, судя по тону, это не предложение.

Я приподнял бровь, выражая своё отношение к этому заявлению.

— Ну уж нет. Нашёл время — ты хоть в зеркало себя видел?

Жозеф зарычал — какая-то бешеная собака, а не человек. Того гляди, набросится — я даже вижу, как напряглись его мышцы.

— То, что ты навалял крикливой девчонке, ничего не значит. Пока ты меня не победил, я не считаю тебя сильным. Ты сразишься со мной — тогда я буду тебя слушать.

Бла-бла-бла сила, бла-бла-бла махаться, бла-бла-бла набей мне морду. Я вздохнул. Думаю, речь Жозефа можно и не слушать — зачем, если это единственные слова, которые он знает?

Кроме бессмысленных оскорблений.

— Давай договоримся, — предложил я.

Райан замотал головой.

— Почему это я должен? Мне плевать на все эти разговоры.

Господи, я так и вижу опилки, высыпающиеся из его ушей.

— Жозе-еф, — протянул я чуть громче, заставляя его заткнуться. Ну, попробуем пойти по пути его логики — Я с ранеными силой не меряюсь. Всё эти тёмные выпуклости на твоём теле кричат о том, как у тебя всё болит.

Жозеф подумал. Затем неуверенно согласился.