Не то, чтобы Шун никогда не встречал зургов… скорее — не встречал их здесь, в провинции. Немногочисленная раса разумных псов больше любила средиземноморье с его мягким влажным климатом и глубокими бойцовскими ямами.

— Ну надо же, — беззаботно улыбнулся Шун, подходя ближе. — Новенький предсказатель, а уже знает мое второе имя. Я польщен.

— Ох, что вы, что вы, принц, — шутливо раскланялся предсказатель. — Вас до сих пор помнят даже в Столице. И не думаю, что забудут в ближайшее время.

— Одна новость лучше другой, — процедил сквозь зубы Шун, все так же улыбаясь. — И что же привело в провинцию провидца из самой Столицы? Неужто в нашем городе конкуренция меньше? Или платят больше?

— Ни то, ни другое, — хохотнул предсказатель. Зург за его спиной довольно оскалился. — Просто путешествуем с другом.

"Ну да, — завистливо подумал Шун. — С таким другом и денег не надо. Поохоться пару раз на ночных монстров — и столько артефактов соберешь, что и за месяц не растратишь".

— К тому же, — добавил предсказатель, — вчера здесь объявился непроявленный. Разве не удивительно? Я много лет ничего о них не слышал. Но стоило нам приехать в этот город — и такое событие. Отличное место, считаю. Как раз для наших любознательных душ.

— Действительно, — хмыкнул Шун. — Просто диву даюсь. Может, непроявленный попутал нашего дурачка с кем-то другим?

— Ха. Ха-ха! Думаете, мы бежали из Столицы, преследуемые высшими?

— Ну что вы, конечно же, нет. Разве могу я так плохо думать о совершенно незнакомых мне людях?

Улыбка медленно потухла на лице прорицателя. Он прищурился, окидывая собеседника заинтересованным взглядом, и резко сменил тему:

— Так что насчет предсказания? Лишь сегодня и лишь для вас, принц, — совершенно бесплатно.

На этот раз Шун не услышал в слове "принц" издевательских ноток и подумал, что предложение вполне можно посчитать за извинение. Что ни говори, а в Столице его раньше любили…

— Ну, хорошо, — согласился Шун, решив, что отказывать сейчас было бы немного грубовато. — Шар и карты — это слишком долго, а я спешу. Пусть ваша птица мне что-нибудь предскажет.

Он уже собрался спеть что-то веселенькое, как ворона вдруг выдала:

— Непроявленный!

Некоторое время царило полное молчание, а потом немало сконфуженный предсказатель, наконец, изрек:

— Простите. Она, видимо, решила, что вы тут уже достаточно наговорили, вот и выдала, что слышала…

— Одно слово? — возмутился Шун. — Всего одно слово? Ворона, может, ты подумаешь еще?

Последние слова он адресовал непосредственно птице, склонившись над ней и недобро прищурившись. Ворона вскинула левый глаз, внимательно рассматривая клиента, и снова гаркнула:

— Непроявленный!

— Ты из тех гадин, что повадились на мои дубы, да? — прошипел Шун.

— Не стоит беспокоиться, уважаемый, — попытался сгладить ситуацию провидец. Ведь любое предсказание могло отразиться на его репутации и загубить карьеру в новом городе на корню. — Непроявленный лишь в реальном мире сулит что-то нехорошее. Как смерть. Но в предсказаниях его фигура не так однозначна. Как и смерть во сне, к примеру, сулящая долгую жизнь, и…

— Чертова галка! — рявкнул на заднем плане зург. — Говорил же, что это не самая лучшая идея.

Шун резко выпрямился, еще раз окинул собеседников взглядом и громко рассмеялся. К обеду поток приезжих почти иссякал, площадь у городских ворот пустовала, и можно было не бояться, что кто-то услышит их разговор.

— Предсказатели, значит? И охотники на монстров? Ну да, ну да… — Теперь пришла очередь Шуна отвешивать шутливый поклон. — До встречи на следующих состязаниях.

Фраза была стандартной и адресовалась проигравшим командам в конце каждой Полугодовой битвы. Такие команды обычно не получали ни признания, ни хоть каких-то денег, ни, уж тем более, артефактов. С треском провалившись на битве, можно было смело подаваться хоть в фермеры, хоть в пекари, хоть в предсказатели. И лучше подальше убраться из Столицы, чтобы, ни дай Бог, не унаследовать славу позорного принца. Зализать раны где-нибудь в провинции, поднабраться опыта, истребляя мертвяков да зомби, подкопить артефактов в охоте на монстров или в азартных играх. А на следующей битве снова попытать удачи. То-то халат предсказателя показался Шуну слишком уж новым, словно купленным на днях.

Зург что-то недовольно тявкнул на своем языке, а вот улыбка предсказателя оказалась на удивление искренней и беззлобной.

— Знаю, вы предпочитаете выступать в одиночку, принц. Но, может, примете нас в свою команду, если снова соберетесь на Полугодовую битву?

— Это будет отличная команда неудачников, полагаю, — усмехнулся Шун. Потом кивнул на прощание и пошел к воротам.

— Я Макс, — крикнули вдогонку. — Макс и Ллель. Найдите нас, если передумаете.

Шун никогда не считал, что мир устроен как-то неправильно, несправедливо. Скорее даже наоборот. Человек мог добиться в этом мире всего, стоило приложить хоть немного усилий. Свою жизнь он тоже не рассматривал, как ущербную, и уж тем более не зализывал раны, собираясь на новую битву. Его вполне устраивала несложная подработка, позволявшая не только прокормиться, но и обзавестись самым необходимым. Еще десяток монет — и можно будет купить другую одежду, бывшую в употреблении, конечно, но все же…