Император облегченно вздохнул и перешел к следующему вопросу:

— Сохранились ли тела?

— Отчасти.

Шахрион оставил это замечание без ответа и продолжил:

— Подумать только, лиоссцы… Такого я не ожидал.

Его Госпожа ничего не ответила, лишь пожала плечами и поморщилась от боли — плечо сразу же дало о себе знать.

— Паштион не ранен?

— Нет, все обошлось. К счастью, я решила проведать его… Сама не знаю, почему. Наверное, женская интуиция, понимаешь?

Шахрион кивнул.

Несколько секунд они молчали, и, наконец, Тартионна задала вопрос, которого император опасался больше всего:

— Шахрион, что это, во имя Матери, было?

— О чем ты? — попытался император притвориться дураком.

— Не юли, — резко оборвала его Ледяная Ведьма, — я никогда не видела тебя таким.

Шахрион взял ее ладони в свои и прошептал:

— Я испугался… что потеряю вас. Боялся, что покушение увенчалось успехом и… вышел из себя.

В глазах жены не было ни капли доверия.

— А что насчет недавнего инцидента в Наиргионе? Согласно донесениям, там тоже погибли твои же подданные. Что происходит? Расскажи мне.

Внутри у Шахриона все точно сжалось, но, одновременно с этим, где-то в груди запылала ярость.

«Как эта девка смеет указывать мне? Я — тот, кто возвысил ее. Я — тот, кто сделал ее императрицей. На каком основании она требует у своего владыки отчета»?

Подавив раздражение, он, попытавшись добавить в голос как можно больше уверенности, ответил:

— Все хорошо, скоро все закончится и тогда ты первой узнаешь…

— Что?

Шахрион тряхнул головой. Мысли спутались, и он сам не понимал, что именно хотел сказать еще секунду назад. Наверное, какую-то глупость.

— Все, — невпопад ответил он, поднимаясь и выпуская ладони жены. — Все будет хорошо, — повторил Шахрион, поворачиваясь спиной к Тартионне. — Все будет хорошо.

Дарлионна вернулась в свои покои, испытывая смешанные чувства: она одновременно была и взбешена, и напугана. И причина этого лежала на поверхности.

«Проклятье, что творится в этом недоделанном замке? Вторая партия убийц за неделю!!! Как, позвольте узнать, работать в таких условиях? Как очаровывать императора, когда тот либо лежит в кровати, накачанный ядом, либо обращает в кровавый фарш все вокруг себя»?

Пролетев мимо замершей в испуге служанки, Дарлионна схватила сумку с книгами выскочила прочь, направившись к библиотеке. Там у нее уже был подготовлен укромный уголок, защищенный от подслушивания и не имеющий никаких скрытых смотровых отверстий — в этом она убедилась в первую очередь.

Вытряхнув книги на стол, Дарлионна извлекла тириомаль, переданный отцом перед отправкой в Черную Цитадель, и активировала его. Когда в шаре появилось лицо, красавица выпалила:

— Все усложняется, на императора опять покушались. На сей раз, кажется, какая-то другая сила. Но это уже третья атака за месяц. Боюсь, выполнить мою миссию в таких условиях будет непросто.

Из светящегося шара послышался вздох.

— Ничего не поделать. Затаись и начни подготовку к третьей фазе операции.

Дарлионна ощутила, как кровь отливает от ее красивых гладких щек.

— Ты уверен? Обратного пути не будет.

Долгая тягучая пауза.

— Уверен. Так… надо. Все пройдет, как должно.

Не так должен говорить человек, не испытывающий сомнений. Не так.

«Что же происходит, отец»? — подумала она. — «Почему мы меняем планы на ходу? Я точно смогу соблазнить императора, нужно лишь время».

Дарлионна очень хотела задать эти вопросы, однако понимала — смысла в этом нет. У отца наверняка имелись серьезнейшие причины, а потому…

— Хорошо, все будет исполнено, — покорно произнесла извечная.

Сказав это, она отключила древнюю реликвию и спрятала ее от посторонних глаз.

«Проклятье, все же так хорошо начиналось! Видимо, ничего уже не изменить. Жаль, но очень скоро Черная Цитадель утонет в огне».

Харшшаан Могучий сын Шшиираса с тоской глядел на горящие дома. Его город пылал, и он ничего не мог поделать.