– Да что ты, Аллочка!
– рассмеялся тот.
– Следователь вряд ли станет собирать пресс-конференцию, чтобы предать сей факт гласности.

– Нет, он будет хранить тайну следствия, - серьезным тоном заверила Алла.
– А поделись-ка, дружок, как тебе удалось договориться с ментами, ведь Астралова то погибла, то опять ожила.

– Астралова не могла умереть, потому что это миф. А застрелена Валентина Вениаминовна Бобкова.

– Так выпьем за бессмертную Астралову!
– подняла бокал верная боевая подруга и бессменная тамада даже на собственном новоселье.

Когда все выпили, Алла снова встала, жестом попросив мужчин наполнить бокалы:

– У меня есть ещё один тост в тему. Миф - это коллективный сон наяву. Выпьем же за то, чтобы мы страдали бессонницей!

Первым рассмеялся Эдуард Леонидович:

– Намек понял, Аллочка. И все же народ в своей массе не может жить без мифов.
– Он перевел взгляд на Таисию и спросил: - Не хотели бы вы стать Астраловой? Мне кажется, вы очень подходите на эту роль. У вас тонкие черты, одухотворенное выражения лица... Немного печальное и отрешенное. Раньше говорили - иконописное лицо. Через некоторое время, когда страсти улягутся, мы оповестим общественность, что Астралова вернулась после лечения в заграничной клинике, и подадим в прессе её видоизмененный имидж, акцентировав, что после недавней трагедии она стала набожной, посещает церковь и молится за упокой души безвинно погибшей приятельницы Валентины Вениаминовны Бобковой. Религиозность нынче в моде, и это обеспечит симпатии людей верующих. А новый образ писательницы даст толчок росту популярности.

– Я не сумею, - смутилась Тая.

– Да ничего особенного от вас не требуется, - настаивал издатель. Если вы против, то мы можем отказаться от пресс-конференций, встреч с журналистами и читателями. Вы будете регулярно посещать храм, ставить свечи, молиться и гулять в парках, вот и все. А когда почувствуете себя уверенней, выйдете на публику.

– Вы уж меня простите, но жить под чужим именем - не по мне, - с извиняющейся улыбкой отказалась Таисия.

– Тогда переходи в нашу фирму, - предложила Тамара.

– Я бы с удовольствием, - заулыбалась Тая, - но не умею расследовать преступления.

– Научишься, - заверила "самаритянка".
– Мы тоже ничего не умели.

– Эдик, а другая из "самаритянок" на эту роль не сгодится?
– решила подурачиться Алла.
– Я, к сожалению, не проханже - слишком толстая и высокая, а остальные наши девицы как на подбор, тростиночки, запросто влезут в хламиду Астраловой. И лицо сделают одухотворенное, и свечку в храме поставят.

– Если кто-то из твоих подруг согласится, я буду рад, - просиял издатель.
– Они дамы интеллигентные, умеют держаться, любая справится.

– Девки, решайте быстрее, пока он не передумал!
– обратилась к "самаритянкам" верная боевая подруга.
– Денег огребете немерено, Эдька парень щедрый.

– А по очереди нельзя?
– смеясь, поддержала её Люся.

– Ты Люлю, не лезь где не спрашивают!
– мнимо сердито одернула её Алла.
– Во-первых, росточком не вышла, во-вторых, Астралова - существо неземное, возвышенное, а ты будешь не переставая хихикать и не впишешься в образ.

– Я бы смогла, - вызвалась Ирина.

– Нет, Ирэн, ты не годишься, - отмела её кандидатуру любительница розыгрышей.
– Спору нет, ты хорошая актриса, но у тебя сисятник слишком большой, а Астралова дама плоская по причине вечной девственности. Еще доброволицы есть?

– Могу я попробовать...
– не очень уверенно произнесла Лена.

– Ленок, разве тебе надоело у Николаши? Ты же, вроде, была довольна и работой, и окладом жалованья.

– Мне в "Геракле" нравится, но я хотела выручить Эдика...

– Молчи!
– перебила её Алла.
– А то сейчас Танька тебе глаза выцарапает. Гляди, как пронзает тебя гневным взглядом! Только сцены ревности нам не хватало!

Доверчивая Лена с извиняющейся улыбкой повернула голову и встретила смеющийся взгляд жены издателя.

– Танька, - обратилась к ней неугомонная тамада, - а почему бы тебе самой не обрядиться в хламиду и диковинный головной убор, скрывающий лицо, и не изобразить Астралову? Подсоби хазбенду-то, бизнес ведь семейный.

– Мне пятьдесят шесть, и год назад я законно вышла на пенсию, - все ещё смеясь, ответила Татьяна.
– Теперь работаю бабушкой.

– Ну надо же! Столько отличных баб и никто не хочет сшибить деньжат. Ну, девицы, решайтесь по-быстрому, а то придется Толяна наряжать в хламидомонаду Астраловой.

– Ещё чё!
– Верный оруженосец, начисто лишенный чувства юмора, принял все за чистую монету, оскорбился до глубины души и обиженно отвернулся.

– И в самом деле, ты не подойдешь, - тут же дала задний ход его боевая подруга и пояснила нарочито серьезным тоном: - Трехдневную щетину можно спрятать под густой вуалью, а вот два метра роста никуда не денешь.

– А можно работать не постоянно?
– спросила Аня.
– Как я понимаю, интервью, презентации и посещение церкви не каждый день.