Между блоками коек к палубе были привинчены большие рундуки, и люди деловито раскладывали по ним свое имущество. Коллинз подвел шестерых новичков к койкам у правого борта, наиболее удаленным от остальных.

– Здесь вы будете спать, - сказал он.
– Есть вы будете на палубе, а в плохую погоду - в трюме. Свои вещи вы можете разместить в этих двух рундуках.
– Он указал на рундук у переборки в самом конце трюма, а потом на другой - между отведенными для них койками.

– У нас нет вещей, - сказал Ру.

– Обращаясь ко мне, вы должны называть меня "мистер Коллинз" или "сэр". Я - второй помощник на корабле "Месть Тренчарда". Первого помощника зовут мистер Роупер, а капитана... Его вы будете называть капитаном. Ясно?

– Да, мистер Коллинз. Но нам не выдали никаких вещей, сэр.

– Это не мое дело. Я уверен, ваш офицер выдаст вам все необходимое. Переход предстоит долгий, и у вас будет достаточно времени, чтобы все организовать. Устраивайтесь и сидите здесь до тех пор, пока за вами не пришлют.
– И он ушел.

Бигго занял одну из нижних коек, Шо Пи и Билли Гудвин устроились над ним, а Ру, Эрик и Луи, снизу вверх, напротив.

– Что будем делать?
– спросил Ру.

Бигго усмехнулся.

– Ничего. Лично я собираюсь вздремнуть!
– добавил он весело.

Эрик тоже чувствовал усталость, но вместе с тем ему не давала покоя мысль о том, что еще преподнесет им судьба. Впрочем, мерное покачивание корабля действовало успокаивающе, и вскоре он тоже заснул.

Топот ног наверху и ощущение движения разбудили Эрика. Он вскочил, больно ударившись головой о верхнюю койку, и, чертыхнувшись от боли, спрыгнул вниз, чуть не наступив на Ру.

Резкие команды, скрип снастей и хлопанье парусов, а также ставший иным характер качки не оставляли никаких сомнений - они вышли в море. Шестеро заключенных застыли, не зная, что делать, а тридцать человек в другом конце трюма потешались над их растерянностью.

Один из них, крупный мужчина ростом почти с Бигго, сказал:

– Почему бы вам не сбегать наверх и не сказать Бобби де Лонгвилю, что он был не прав, забыв предупредить вас, что мы отплываем так скоро!

Новый взрыв смеха.

– А почему бы тебе не спросить у него, не знает ли он, кто был твоим отцом? Твоей матери это наверняка неизвестно, - парировал де Савона.

Мужчина вскочил со своей койки и шагнул к нему, но его остановил Шо Пи:

– Минуточку, друг мой.

– Тоже мне друг нашелся, - огрызнулся здоровяк. Он упер ладонь в грудь Шо Пи, собираясь его оттолкнуть, но тут же упал на колени с искаженным от боли лицом: неуловимым движением Шо Пи ухватил его за большой палец и вывернул ему запястье ладонью вверх, - Осмелюсь предположить, - сказал изаланец, - что, поскольку путешествие обещает быть долгим и утомительным, в наших общих интересах сохранять мир и стараться уважать чувства друг друга. Я уверен, что мой друг горит желанием извиниться за то, что позволил себе усомниться в праведности вашей матери, а вы, конечно же, милостиво даруете ему прощение.

Луи решил позабавиться; сняв воображаемую шляпу, он отвесил церемонный поклон:

– Сэр, я был груб и действовал поспешно и необдуманно. Мое поведение позорит меня. Нижайше прошу вашего прощения.

Мужчина, по лицу которого текли слезы, задыхаясь от боли, простонал:

– Дарую!

Шо Пи отпустил его, и он, обессиленный, рухнул на пол. Билли помог ему подняться и проводил к товарищам, стараясь при этом не расхохотаться. Мужчина ощупывал руку, боясь, что изаланец сломал ему кость, но все было цело. Для проверки он несколько раз тряхнул кистью, а Билли тем временем вернулся в свою часть трюма.

Люк наверху открылся, и в трюм спустились двое - Фостер и де Лонгвиль.

– Внимание!
– крикнул Фостер.

Де Лонгвиль остановился на трапе, чтобы видеть всех сразу.

– Не сомневаюсь, вы уже поняли - если только вы не лишены чувств или еще глупее, чем я думаю, - что мы вышли в море. Наше плавание продлится, в зависимости от погоды, от девяноста до ста дней. На судне много работы, и я не позволю вам жиреть от безделья только потому, что вы не моряки. Кроме того, может случиться, что мы будем возвращаться, имея на борту нехватку матросов.
– Он на мгновение посмотрел вдаль, словно раздумывал, договаривать или нет.
– Так что умение выполнять моряцкую работу пригодится. Позже мистер Коллинз отдаст вам соответствующие распоряжения, и вы будете делать все, что он говорит, не задавая вопросов. И еще: его звание соответствует званию рыцарь-капитана королевской армии, так что не забывайте об этом, хоть он и выглядит как простой матрос.

Спустившись по трапу, де Лонгвиль прошел туда, где стояли Эрик и его товарищи.

– Говорю вам об этом в последний раз. Рутия, должно быть, к вам благосклонна, поскольку Госпожа Удача решила дать вам пожить еще немного. Мне было дано две недели, чтобы определить, стоит ли оставлять вас в живых, и, судя по тому, как шли дела, вас всех следовало бы повесить.
– Он посмотрел на их лица.
– Но я убедил Кэлиса, что вздернуть вас на нок-рее можно с такой же легкостью, как на виселице в Крондоре. Так что вы всего лишь получили отсрочку. Следующие три месяца будут тяжелыми. Вы, как и все на борту, будете нести полную вахту. И кроме того, вам предстоит пройти обучение, которое эти парни, - де Лонгвиль через плечо указал большим пальцем на людей в другом конце трюма, - получили, а вы - нет.