Лошара.

Доказательство того, что она была абсолютной гребаной чудачкой.

В ту ночь, лежа рядом с ней в постели, Уокер тоже никак не мог заснуть.

Теперь они второй день ехали в машине, находясь в двух часах езды от дома. Она снова безумствовала, стараясь ничего не забыть в номере, но в добавок ко всему, потратила вдвое больше времени на сборы. Вчера она была одета в футболку «Paris Las Vegas», шорты и шлепанцы. Сегодня она распустила волосы, — они выглядели буйными и сексуальными, — и вырядилась в красивые, короткие шортики цвета хаки и чертовски горячую, свободную футболку абрикосового оттенка, которая, как надо, облегала грудь и оставляла спину открытой, ткань держалась на тонюсенькой завязочке посередине, открывая взору кремовый бюстгальтер. Она дополнила наряд босоножками, которые были на ней в тот день, когда они встретились, — впервые он увидел, что она надела одни и те же туфли дважды, — а также большими золотыми серьгами-кольцами и кучей тонких золотых браслетов на обоих запястьях.

Он не имел ни малейшего представления, чего она так вырядилась. Он не спрашивал. У него не было ни единого шанса. Ее полностью поглотил процесс проверки под кроватью, открывания и закрывания ящиков.

Он оставил ее с этим и потащил их шмотки вниз к стойке регистрации, а после того как выписался — к «Чарджеру». Она присоединилась к нему там, дерзя по поводу его нетерпения.

— Если мы что-нибудь оставим, то не сможем просто заскочить сюда. К твоему сведению, Тай, Юта — совершенно другой штат, нежели тот, где живешь ты.

Он решил сосредоточиться на том, чтобы завести мотор и не отвечать.

Она открыла окно, включила музыку и его пытка началась.

Спустя две минуты она сказала:

— Если через пять минут я не выпью кофе, то скончаюсь.

Он свернул к магазину, они вошли туда, и она купила двухлитровый стакан кофе и упаковку шоколадных бисквитов. Он взял себе кофе примерно в четверть меньше ее размера и черствый пончик с витрины. После третьего укуса он решил, что не может есть несвежую выпечку и выбросил ее в открытое окно.

На это она огрызнулась:

— Божечки, Тай! Какого хрена?

— Он был несвежим, — сказал он ветровому стеклу, стараясь не улыбаться, потому что по ее тону, который он слышал раньше, понял, что сейчас начнется.

— И что?! Обязательно мусорить?

— Это еда, так что это не мусор.

— Хочешь сказать, еда официально не подпадает под определение мусора?

— Ага.

— Всезнающий Тай Уокер, также известный своим супергеройским альтер-эго, как Мистер Амбал, запомнил определение мусора?

Да, он оказался прав, началось. Даже разозленная, эта сучка была забавной.

— В тюрьме нас заставляют заниматься подобным дерьмом.

— Нет, не заставляют.

— Детка, пять лет в четырех стенах, им приходится нас чем-то занимать.

— Хватит нести чушь, — пробормотала она, и, взглянув на нее, он увидел, как она засовывает бисквит в рот.

Целиком.

Иисусе.

Абсолютная чудачка.

Они выехали на шоссе, она включила музыку, и он испытал необычное желание попросить кого-нибудь всадить ему в уши ледорубы, чтобы не пришлось это слушать.

Затем, потягивая кофе, она начала петь, как и накануне, во всю силу легких, время от времени пританцовывая на сиденье.

И снова. Абсолютная чудачка.

Кантри, наконец, закончилось, и она схватила айпод, чтобы придумать для него следующую агонию.

— Детка? — позвал он и почувствовал на себе ее взгляд.

— Да? — ответила она сладким, нежным голоском, еще один тон, к которому он привык, потому что в последние пару дней он часто его слышал в свой адрес.

— Сделаешь мне одолжение?

— Конечно.

— Через секунду я съеду на обочину, достану пистолет и передам тебе. После чего ты меня пристрелишь?

— Что? — прошептала она.

— Мне предстоит еще полтора часа слушать твою музыку. Я лучше сдохну.

Тишина, затем:

— Заткнись.

— Нет, серьезно.

— Заткнись, — снова повторила она с улыбкой в голосе.

Он подавил собственную улыбку, затем услышал, как она сказала:

— Вообще-то, остановка сейчас была бы не лишней.

Он посмотрел на нее, потом снова на дорогу.

— Что?

— Мне нужно в туалет

Он вздохнул.

Двухлитровый стакан кофе.

Иисусе.

— Мы в пути всего два часа, — заметил он.

— Ты прав, но это не отменяет моей потребности воспользоваться удобствами.

— В следующий раз получишь стакан размером с мой.

— У меня маленький мочевой пузырь.

У нее не было ничего маленького, слава Богу.

— Ты выдула два литра кофе.

— Едва ли, Тай.

— Полтора.

— Пытаешься впиться занозой мне в задницу?