Он переодевается в пижаму, начиная задавать вопросы.

— Мам, этот злой человек ушел? — спрашивает он, когда я надеваю на него кофточку.

Я киваю, поправляя шортики.

— Да. Он ушел, малыш.

— Почему он тебя расстроил?

— Ну, он сказал мне несколько неприятных вещей, и мне стало грустно. Как тогда Тайлер говорил тебе гадости в детском саду, помнишь?

Коди мрачно кивает.

— Но мне больше не грустно, потому что у меня есть ты, и ты делаешь меня счастливой.

— Правда?

— Да, я тебя люблю.

Коди улыбается.

— Я тоже тебя люблю, мам. Даже больше, чем Стивена.

Я драматично охаю.

— Больше, чем динозавра Стивена?

— Больше!

Он хихикает, когда я провожу пальцем по его ноге, и этот звук немного снимает напряжение внутри меня.

— Хорошо.

Коди продолжает готовиться ко сну, борясь со своими носками и тапочками. Стоя на коленях у кровати, я наблюдаю за ним, знакомая морщинка между его бровями морщит кожу.

— Он вернется? — спрашивает он, засовывая пальцы ног в желтый носок.

— Не знаю, — честно признаюсь я. Коди поднимает ноги, когда я надеваю его любимые тапочки с динозаврами. Я смотрю в его ярко-голубые глаза. — Но ты же знаешь, что здесь ты в безопасности, верно? Ты знаешь, что с тобой ничего плохого не случится?

Он кивает, я наклоняюсь и прижимаю его к себе.

— Я никогда-никогда не позволю никому причинить тебе боль, Коди. Никогда. Только ты и я, так что мы должны присматривать друг за другом, хорошо?

Я чувствую, как он кивает мне в плечо, и откидываюсь назад, улыбаясь, когда он убирает волосы с лица. Мне действительно нужно его подстричь, но его светлые кудряшки чертовски милые.

— Хочешь посидеть со мной сегодня на диване?

Его глаза загораются, и он слегка наклоняется.

— Динозавры?

Я подавляю желание закатить глаза.

— Сегодня никаких динозавров, Коди.

— Динозавры, мама, — надув губы, причитает он. — Ты обещала!

Я совершенно забыла свое обещание, позволив ему посмотреть один из его DVD с динозаврами. И теперь очень жалею, что купила ему на Рождество набор документальных фильмов.

— Хорошо, но недолго.

Он спрыгивает с кровати и бежит мимо меня в гостиную, где достает DVD и устраивается на диване.

— А ты знала, что птицы считаются динозаврами?

— Нет, — лгу я, и он кивает, когда я накрываю его одеялом.

Продолжая извергать факты о динозаврах, Коди сворачивается рядом со мной и нетерпеливо ерзает, пока не начинается документальный фильм, после чего он все еще полностью поглощен. К счастью, он засыпает в течение двадцати минут и едва замечает, когда я поднимаю его, чтобы унести в постель. Я включаю ночник у его кровати и оставляю дверь приоткрытой.

Коди спит, и мне больше нечем заняться, и этот придирчивый голос в моей голове начинает задаваться вопросом, что случилось с Джастином и парнями внизу. Я убираю на кухне и в гостиной, но к половине одиннадцатого уже не могу ждать. Мне нужно знать, что случилось. Убедившись, что Коди крепко спит, я выхожу в коридор и запираю за собой дверь. Ковер в холле, когда-то темно-зеленый, такой тонкий, что я чувствую половицы под босыми ногами, а холодный воздух, поднимающийся снизу, заставляет меня пожалеть, что я не надела носки.

На улице темно, но в прихожей горит свет. К счастью, улица пуста: парни ушли, и что-то внутри меня расслабляется, когда я не нахожу окровавленного и избитого Джастина, лежащего в углу. Но затем этот глупый голос в моей голове возвращается, задаваясь вопросом, где он.

Я качаю головой, закатывая глаза. Это не мое дело, где он.

Вернувшись наверх, я стою перед дверью своей квартиры дольше, чем необходимо, моя рука тянется к ручке двери. С того места, где я стою, мне видна квартира Джастина, золотой значок 3С на его двери блестит под флуоресцентными лампами.

Я слегка поворачиваюсь, как будто действительно могу подойти и постучать в его дверь. Но я не делаю этого. Вместо этого я еще секунду смотрю в коридор, прежде чем отпереть дверь и вернуться домой.

На следующее утро я бужу Коди в семь, и мы начинаем утреннюю рутину.

Я быстро принимаю душ, пока он смотрит телевизор, надеваю форму, и мы с Коди спорим о том, что он наденет. Когда он наконец одевается во что-то, что не является его костюмом Супермена, ест завтрак, пока я заканчиваю собираться.