Чудовище закружило на месте, пытаясь раздавить досадную помеху у себя под ногами, как если бы буйвол пытался раздавить крысу.

— Он мой!!! — с воплем бросился на машину Аншар, вновь обретая прежнюю скорость. — Ааааа!..

Он нанес машине мощный удар мечом, поднырнул под роботом и с силой буйвола ломанул пустым кулаком прямо в центр, разбивая до мяса костяшки.

Машина пошатнулась. Воин принялся наполнять меч силой, готовясь к коронному удару. И в этот момент железный монстр со скрипом качнулся на своих опорах и прыгнул назад, приземлившись в самую гущу выдвинувшегося от ворот города очередного отряда подкрепления. Крики, рев и стоны смешались с испуганными женскими воплями из-за стен.

Аншар, грязно выругавшись, упал на колено. Преследовать врага дальше он был уже не в силах.

— Да твою ж акаду! — следом за ним ругнулся Эш.

Собрав все оставшиеся силы, он распахнул полубесчувственные крылья и взмыл вверх.

Перемахнув через стену, он устремился за железным монстром.

Эш сорвался с высоты вниз, чувствуя, как начинает темнеть в глазах. Когти со скрежетом вонзились машине в башку. Руки онемели.

Ну давай же!..

И он рванул свою добычу изо всех сил.

Что происходило дальше, Эш не видел. Он только слышал противный хруст, будто ломались кости или выламывались суставы. Парень закричал.

Он даже не понял, был ли этот крик человеческим или птичьим.

А потом Эш упал, но самого удара об землю он не почувствовал.

Вокруг стало тихо.

Боль растаяла, баюкающая тьма мягко обняла парня за плечи, и на какое-то время он словно застыл в каком-то вязком, успокаивающем небытие.

Постепенно темнота перед глазами расступилась, боль вернулась и Эш увидел над собой небо и склоненные лица людей.

Никто из них не был ему знаком, ни стигматики, ни горожане. Но мужчины выглядели встревоженными и озабоченными, а девушка справа вообще плакала над ним, будто над родным.

И все это происходило в полной тишине.

«Я умер?» — мысленно спросил Эш у ворона.

«Нет. Но твое тело исчерпало себя до конца. Ему потребуется время, чтобы восстановиться» — ответил ворон.

Эш моргнул.

Впервые в жизни он вдруг осознал, что даже это простое движение век требует усилий.

— Он жив!.. — услышал он едва различимый женский возглас. И люди вокруг оживились, на губах появились улыбки. Чьи-то крепкие руки бережно приподняли Эша, кто-то поднес к его губам ковш воды.

Холодная вода плеснулась ему в пересохший рот, струйками потекла из уголков по подбородку на грудь. Звуки становились все отчетливей, взгляд окончательно прояснился.

Растолкав воинов, к Эшу прорвался Аншар.

— Смотри-ка, живой! Тринадцатый! И в чем только жизнь у тебя держится! Да, господин?

Он схватил легкого и маленького по сравнению с собой Эша за плечи и рывком поднял на ноги.

От пронзительной боли захотелось вскрикнуть, но парень только стиснул покрепче зубы.

— Стоишь? Можешь стоять?..

— Да стою я, — с трудом проговорил Эш.

— Да здравствует колено священной акады Великой Матери! — грянули вдруг голоса откуда-то из-за спины.

Эш с трудом повернул голову, и среди толпы горожан увидел немногочисленное войско из крепости. В их числе был Дарий. Он махнул Эшу рукой и заулыбался, придерживая за поводья своего коня и Полудурка, все еще прозрачного и жуткого.

Здесь же стояли Червь и бедный Гидра, похожий на один огромный кровоподтек.

— Да прославятся наши хранители! — выкрикнули стражники, потрясая оружием.

— Слава хранителям! — донеслись откуда-то из-за их спин множество мужских и женских голосов.

Эшу вдруг стало жарко.

От всех этих взглядов, слез, множества голосов и улыбок у него одновременно кружилась голова и мучительно жглось под ребрами.

Его, вчерашнего раба, сейчас приветствовали, как великого господина. Потому что он, приговоренный к смерти изгнанник, сам только что избавил от гибели сотни людей.

Юноша без роду и племени. Никто. Мясо для кормления духов-хозяев.

А теперь он стал человеком, дерзнувшим бросить вызов судьбе и богам. И целый город знал это.

Вот только одного не знал благодарный Уршу: что все эти несчастья случились из-за того, в ком видели защитника и благодетеля.

И все эти люди с улыбками и слезами на глазах даже предположить не могли, что их близкие только что погибли по вине Эша. Потому что железные монстры пришли не за местными стигматиками, и не за живыми душами горожан.