Зверобой остановился в паре шагов от него, боком ко мне, и проговорил:

– Скажешь, где твой приятель, мучать будем несильно.

– Или вообще не будем, – нежно проговорила Диана, ласково коснувшись щеки Полидевка. – Зачем мучать такого хорошего мальчика? Он сейчас сам все расскажет, ведь так?

И Большой По в очередной раз меня удивил. Лицо его приняло придурковатое выражение, тело как-то расслабилось, полностью дополняя образ рохли. И По, колыхнув рыхлыми щеками, громко возмутился с отчетливыми истерически трусливыми нотками в голосе:

– Какой, на хрен, он мне приятель? Он меня завалил, сука! Даже не предупредил! Все это я уже рассказывал вашим!

– Та грязная девка из группы албанцев сказала, что так и было, – подтвердила Диана и добавила: – Нет тут никого. Если бы был в скрытности, я бы заметила.

– А в лес чего поперся? – спросил Зверобой. – Чего задумал, парень?

По сжал солидные кулаки, видимо, и сам окончательно войдя в роль простофили-работяги:

– Вы меня, конечно, извините, но у меня, мать вашу, рабочая норма! Полдня рубил дуб, тут, блин, явился Вагончик и убил меня! Мне жить на что? Короче, валите на хрен отсюда, не мешайте работать! Мне еще два дерева надо завалить.

Несколько секунд висело ошарашенное молчание. Потом Зверобой хрюкнул, заржал и ударил Полидевка по плечу:

– А ты смешной, парень. Прямо клоун.

– Жирный клоун, – раздался голос невидимого мне третьего. – Джейми, чего ты с ним возишься? Пусть вклинивается в цепь и прочесывает лес с остальными оницо, раз ни хрена не знает!

Зверобой замахнулся на него тесаком – Полидевк вскинул свой, чтобы отразить удар, но просчитался – охотник пнул его по коленке. Хрустнуло. Заорав, Большой По завалился, схватившись за ногу. На нем повис дебаф «Хромой».

– Кто тебя научил так нелепо изображать праведный гнев? – покачал головой Зверобой. – Переигрываешь.

– Давай я его окутаю кислотным облаком, – предложил третий. – И подлечу, чтобы не сдох раньше времени. Сразу заговорит!

– Да не знаю я ни черта! – гневно вскрикнул Большой По. – Какого хрена?! Я напишу жалобу в саппорт! На всех форумах напишу, что вы издеваетесь над своими рабочими!

– Пиши, пиши… – задумчиво проговорил Зверобой. – Иркус, что ты там говорил насчет кислотного облака?

Я сжал зубы, зажмурился. Нельзя вмешиваться! Нельзя! Но и тупо смотреть, как издеваются над другом, невыносимо. Издали донесся голос Дианы, командовавшей цепью неграждан.

– Да ладно, ты чего, – открестился третий патрульный, которого звали Иркус. – Это же хуже, чем гореть заживо. Я так, попугать хотел.

– То-то, – удовлетворенно ответил Зверобой. – А то я уже подумал, что ты моральный урод вроде Рут. Нет, после этой садистки пытать парня нет смысла. Поступим проще – отправим его полетать, чтобы не портить себе карму. Покраснеет – будут сложности с репутацией у Фемиды.

Он выбил меч из рук Большого По и легко поднял того за ворот одной рукой.

– Давай помогу, – предложил Иркус.

Они ухватили парня под мышки и поволокли к расщелине. Полидевк упирался, взывал к их благоразумию и проклинал меня, вопя, что с детства страшно боится высоты.

– Лучше сожгите! Отрубите голову! Что угодно, только не бросайте в пропасть! Там темно! Тесно! Гады, нельзя же так с живым человеком!

– Это ты-то человек, оницо? – проворчал Зверобой.

Он перехватил Большого По за ноги, после чего на пару с Иркусом сбросили его в расщелину. Вскрикнув, мой друг полетел вниз. До меня донесся приглушенный стук, хруст, потом сдавленный всхлип.

Только сейчас я вдруг понял, что у меня уходит время. Я уже три минуты провел камнем, и жизни оставалось еще на одну-две. Пятая или шестая минута убьет меня и воскресит на кладбище, которое, я был уверен, оцеплено «детьми». Эх, мог же отойти подальше! Враги стояли слишком близко, и сейчас вернуть себе человеческий облик – все равно что крикнуть: «Вот я, Скиф! Ловите меня!»

«Дети» посмотрели в расщелину. К ним подошла Диана, вернувшаяся из леса, доложила:

– Разбила оницо на группы по трое, выдала амулеты связи. Сказала шерстить лес, пока не найдут Скифа. – Заглянула вниз, поинтересовалась: – Скинули его, чтобы репу с Фемидой не портить?

– Угу, – ответил Иркус. – Надо добить божественную цепочку… Что за фигня с жирным? Он все еще падает, что ли?

– Не, – ответил Зверобой. – Похоже, застрял.

– Ни хрена не видно, но, похоже, да, так и есть, – констатировал Иркус. – Слишком толстый. Черт, и не добьешь ведь. Диана, пусти в него стрелу – и дело с концом.

– Чего сразу стрелу? – возмутилась Диана. – Сам запали расщелину. И будет дело с концом! Не ты один цепочку Фемиды делаешь!

– Может, «камень-ножницы-бумага»? – предложил Зверобой. Он огляделся, посмотрел на меня. – Или сбросим на него камень? Вон увесистый, таким точно можно добить.