Шрифт:
– Да-а-а, - глубокомысленно заключает Чижов.
– Как пещерный человек Саша ушел далеко вперед! Давай и я покручу немного...
Несколько минут проходит в напряженной работе.
– Она нагрелась!
– шепотом сообщает Нестратов.
– Кто - она?
– сухо спрашивает Чижов.
– Палочка.
– А где же огонь?
– Огня нет, - сумрачно говорит Лапин, - и, очевидно, не будет. Отрекаюсь. Как наши предки выкручивали из этой палочки огонь - ума не приложу.
– Хилые потомки!
– вздыхает Чижов.
– А который сейчас может быть час?
Лапин смотрит на солнце из-под ладони:
– Часов около двенадцати...
– А не дурно бы сейчас, - мечтательно произносит Нестратов, - стаканчик кофе горячего...
– Салфеточку, - подхватывает Лапин, - подстаканничек, бутерброд со шпротиком...
– Сырочку, - продолжает Чижов, - яичек, буханочку хлебушка...
– Перестаньте!
– стонет Нестратов.
– В противном случае на этом острове будет отмечен первый случай людоедства!
Несмотря на голод, Нестратов чувствует себя великолепно, но друзья делают вид, что не замечают этого.
– Слушай, Чижик, - бородатое лицо Лапина абсолютно серьезно, - давай съедим академика, а?
– Так жарить же не на чем, - озабоченно говорит Чижов, - а в сыром виде его не прожуешь.
Нестратов собирается ответить, но слова замирают у него на губах. Он настораживается, как охотничья собака на стойке, поднимает палец:
– Слушайте, слушайте!
С реки доносится отрывистое чихание мотора.
Друзья, словно по команде, мгновенно бросаются в воду и плывут. Плывут молча, ожесточенно взмахивая руками, и только когда показывается наконец грузовой катер, ведущий на буксире огромную плоскодонную баржу, Лапин сдавленно кричит:
– Эй, люди! Товарищи! Ура!
– Караул!
– поддерживает его Нестратов.
Баржа.
Лапин, Чижов и Нестратов сидят на каких-то ящиках, окруженные шумными, веселыми пассажирами баржи - строителями, бетонщиками, сварщиками, монтажниками.
На чистых платках разложены колбасы, аппетитные ломтики сала, крутые яйца, холодная баранина.
– Замечательная у вас река!
– разглагольствует Лапин с набитым ртом. И народ тут у вас хороший, приветливый народ. Ох, до чего ж мы обрадовались, когда вас увидели!
– Еще бы не обрадовались, - с ядовитым сочувствием говорит какой-то старичок, - небось денька три не ели?
– Два, - сообщает Нестратов, откусывая огромный кусок колбасы, точнее, сорок часов.
– Ученый человек, - шепчет соседу Чижов, - любит точность.
– О-о, ученый?
– сосед с сомнением покосился на длинные голые ноги Нестратова.
– Хотя, конечно, все может быть.
– Куда путь держите?
– спрашивает кто-то.
– Да в разные места, - отвечает Лапин.
– А вы куда, друзья?
– В Тугурбай!
Лапин, Чижов и Нестратов переглядываются.
– Беды кончились!
– говорит Лапин.
– Начались удачи!
Человек в аккуратной спецовке, по виду механик тли монтер, с нависающим на лоб седым чубом, присаживаясь возле них на корточки, говорит:
– Мы на строительство. Большое строительство в Тугурбае. Работать туда едем и вот кирпич везем. Силикатный кирпич.
Лапин и Чижов, усмехаясь, смотрят на Нестратова.
– И правильно делаете, - нахально заявляет Нестратов, - каким бы материалом строительство ни пользовалось, немного кирпича всегда понадобится.
Мимо плывут зеленые берега. Жарко светит солнце.
– Хороша у нас река - красавица!
– вздыхает монтер.
– Вы к нам лет через пяток приезжайте, она еще краше будет.
– Приедем!
– кивает Чижов.
– Нам только втроем собраться...
– Приезжайте, приезжайте, милости просим!
– говорит ядовитый старичок.
– Только уж на тот раз - в штанах.
Взрывы смеха то и дело раздаются в ясном воздухе, эхом возвращаются от берегов.
Баржа плывет по тихой воде.
Впереди трудолюбиво пыхтит маленький катер, и моторист, высунувшись из люка, с завистью смотрит на веселую баржу.
Вечер.
За крутым поворотом реки показались огни Тугурбая,
– Ну, вот и приехали!
Нестратов, поглядев на друзей, растерянно и смущенно говорит:
Это все, конечно, хорошо. Но вот только...
– и он с таким комическим недоумением разводит руками, что всем сразу становится понятно, что он имеет в виду.
– Н-да, - бормочет Лапин, - вещички-то наши уплыли. Любопытно, как мы в этаком виде сойдем на берег?