— Я могу все это сделать дома, — тут же начинает протестовать Лера.

Но я догадывался, что будет непросто:

— Это долго, — отсекаю. — А вам необходим отдых немедленно. Пока вы не свалились в обморок.

И тут же увлекаю свой караван в ректорат. Благо, секретарь все-таки отправилась выполнять своё задание, поэтому моя приемная пуста.

— Располагайтесь, — говорю, входя в кабинет. — Нет, Мандаринка, диван мы оставим мамочке. А тебе я разрешаю исследовать свой стол. Я пока еду закажу. Что вы обычно едите?

— Макароны, — недовольно бормочет Ксюша.

— А что ты любишь? — шепчу я, наклоняясь к девочке.

— Картошку фри! — восклицает она, хлопая в ладоши.

— Так и быть!

— Ну, нельзя ведь… — снова пытается протестовать Лера.

— Сегодня можно! — категорично отрезаю я. — Если желаешь, лично для тебя мы закажем ма-ка-ро-ны. Почему все ещё стоишь? Приляг. Иначе я буду вынужден вызвать скорую.

Похоже, моя угроза попала в цель. Лера тут же присаживается на диван.

— Лечь, — велю я.

— Мам, ну чего ты как маленькая, не слушаешься совсем?

— Мандаринкам слова не давали, — бормочет Лера.

Я невольно улыбаюсь. Почему-то в их обществе я чувствую такое тепло…

Тут же одергиваю себя. О чем это я там размечтался?!

Лера послушно размещается на диване, пока я перерываю хлам на своём столе, в поисках чего-то занимательного для трехлетки. Уже скоро перед ней лежит некогда ценная документация, обратная сторона которой вполне пригодна для рисования. Выуживаю весь возможный для этого чопорного кабинета максимум палитры: кроме красной и чёрной ручек, нашлось аж несколько синих оттенков. Не очень богатый ассортимент. Надо бы ещё на столе у секретаря поковыряться.

Ксюша продолжает повествовать все известные ей события из жизни сказочных персонажей, упрямо обходя вниманием их с мамой жизнь.

Бросаю взгляд на Леру. Интересно, она уже спит? Мне совершенно определенно есть, что спросить у ее дочки.

— Спасибо вам, — не поворачивая головы, сонно бормочет Лера. — Не знаю, что бы я делала без вас…

— Тебе не за что благодарить меня, Мандаринка. Пока.

Что я собираюсь делать?

Не знаю. Пока.

Сначала придётся разобраться во всем. В том числе и в том, почему мы расстались четыре года назад. Эти пару часов проведённые вместе, подсказывают — что-то тогда было не ладно.

Слишком ее взволновало мое присутствие. Слишком… для человека, который никогда не любил меня.

— Ты все перепутал, — врывается в мои мысли тонкий голосок. — Это я Мандаринка!

— Как скажешь, — усмехаюсь я. — Но как же мне тогда называть твою маму?

— Валерия Александровна! — строго постановляет девчушка.

Я смеюсь:

— Но ведь близкие люди не обращаются друг другу так официально. Давай ещё подумаем. Как маму называют друзья?

Ксюша задумчиво складывает пальчики на подбородке:

— Ну, тетя Даша называет маму Лерой, — кивает она, вспомнив.

— Но это слишком скучно, не находишь? Давай посмотрим ещё варианты, — медлю, не решаясь задать сводящий с ума вопрос: — Как маму называет папа?

Хитрец-хитрец… И не стыдно от ребёнка допытываться? Взрослый мужик, а проблемы решаешь по-детски. Да и почему-то ощущение, что эта малышка раскусит мои намерения, не отпускает.

— Дочь! — вдруг восклицает Ксюша. — Он зовёт ее дочь.

Хмурюсь. Что-то я запутался.

— Ты уверена? Это как-то необычно…

— Вроде так. Вообще мы с дедом редко видимся. У него…

Вот черт! У меня чуть инфаркт не случился.

— Малышка, я не про маминого папу, — вкрадчиво начинаю я. — А про твоего.

— Моего? — у ребёнка так округляются глаза, словно она и вовсе не знала, что у неё тоже положено иметься отцу.

— Да. Твой папа, мамин муж. Которого вы обе любите. Который живет с вами дома. Спит с мамой в одной кровати, — ой, это я наверно зря.

Девочка понимающе улыбается:

— Это как Яша?

Я едва за сердце не хватаюсь.

— Он дома жил, и с мамой спал иногда. Бывало и со мной. Но мама не захотела его с собой брать. Отдала дядь Владе, — малышка обиженно надувает губы.

— Эт-то кот? — осмеливаюсь предположить я.

Вот так ребусы!

— Дядя Владя? Не! Это наш сосед. Они с мамой с детства дружат.

Напрягаюсь. Вроде я знаю, о ком она говорит. Лера упоминала его пару раз, когда мы встречались.

Но я же успел подумать, что Ксюша его дочь? Однако очевидно малышка об этом ни сном ни духом.