— Шшш, — не хочу сейчас спорить с ней. Мы просто сделаем так, как хочу я. — Иди в машину.

— Мы можем сами добраться, — все ещё не поддаётся.

Оказавшись на парковке, подхожу к чёрному внедорожнику. Открываю заднюю дверь и поворачиваюсь к Лере.

Просто смотрю ей в глаза. Ее взгляд нервно мечется от меня к Ксюше и обратно.

— Лер.

Вынуждаю ее сосредоточить внимание на мне. Однако ее взгляд все же уползает из-под контроля. Чувствую его на своих губах и буквально забываю, что только что собирался сказать.

Будь я проклят, если то, что сейчас плещется в ее глазах — не желание.

— Сядь! — велю строго.

Она словно просыпается. Вздрагивает. Нервно закусывает губу. И наконец усаживается в машину.

Так, спокойно, Кость. Вдох-выдох…

Заглядываю на заднее сиденье и осторожно передаю Лере спящего ребёнка. Мы оказываемся так близко, что я чувствую ее рваное дыхание на своей щеке.

Уложив Ксюшу Лере на коленки, поворачиваю голову и утыкаюсь взглядом в хмурое серебро ее глаз. Внимание переключается на пухлые губы. Лера нервно облизывает нижнюю губу.

Я проглатываю вязкую слюну и заставляю себя поднять глаза.

— Я хочу. Сама. Поехать… — бормочет.

— Нет.

Захлопываю дверь. Иду на водительское сиденье, потирая лоб.

Что я творю? Собрался силой ее держать?!

Завожу машину и первым же делом смотрю в зеркало заднего вида. Будто удостовериться хочу, что она все ещё рядом. Что не сбежала. Что не привиделась.

Молчим всю дорогу. Я — потому что в голове каша. Не могу с мыслями собраться. Настоял на своём. Везу. Дальше-то что? Довезу ее сейчас домой. И? Даже слов не могу подобрать, чтобы разговор завязать.

Снова бросаю взгляд в зеркало. Глядит на меня с очевидным осуждением. Ухмыляюсь, вспомнив, как когда-то давно мы ехали после нашей первой ночи…

«Смотрите уже на дорогу, Константин Дмитриевич», — сказала она тогда, усмехаясь.

И я ее за руку взял. Тоже тогда в смятении был. Но почему-то безмолвно счастлив. А сейчас даже за руку взять не могу.

Зато чувствую ее взгляд на себе. Буквально мурашки по шее, от этого пронзительного взгляда.

Снова заглядываю в зеркало, убеждаясь в своих ощущениях. Смотрит. Моя девочка. Хочу, чтобы дорога до ее дома оказалась бесконечной…

Лера вдруг опускает голову. Вижу, как она щеки ладонями трёт.

Плачет?

— За этим перекрёстком направо, — тихо выдавливает.

Паркуюсь во дворе дома, на который указала Лера. Выхожу из машины.

Упёртая девчонка, не дожидаясь, пока я обойду машину, сама пытается выбраться, крепко сжимая в руках дочку.

Молча забираю ребёнка, не обращая внимания на протесты Леры. Топаю к подъезду.

— Открывай уже, — велю.

Она губы надула. Хмурится, но подчиняется.

Я должен разобраться. Иначе мне гарантированы бессонные ночи. А я за последние четыре года и так на пальцах могу пересчитать ночи полноценного сна.

В квартиру заходит и тут же руки протягивает. Ха. У меня заложник.

Протискиваюсь в дверь мимо Леры. Пятка об пятку стягиваю туфли и бесцеремонно иду в комнату.

Укладываю малышку в кроватку и присаживаюсь рядом. Расстёгиваю дутую жилетку. Снимаю с маленьких ножек кроссовки. Замечаю темное пятнышко на лодыжке. Ударилась? Черт, я всего день с ней провел. Как можно было не уследить?

Осторожно провожу пальцем по бледному пятнышку в форме капельки, едва видимому в полумраке комнаты. Фух. Нет, вроде не синяк.

Укрываю малышку одеялом, и сожалением осознаю, что причины оставаться закончились.

— Спасибо вам, — Лера мнётся в дверях комнаты.

— В качестве благодарности приму чай, — улыбаюсь я своей неожиданной находчивости.

— Так… поздно уже, — все ещё пытается отвертеться от меня.

— Да я не спешу.

— Константин Дмитриевич, — вздыхает она, явно намереваясь от меня избавиться.

Поднимаюсь на ноги и молча прохожу мимо Леры. Шагаю в кухню. По-хозяйски включаю чайник. Без труда нахожу кружки.

— Темно ведь, — говорю тихо, когда замечаю силуэт Леры в проходе. — Значит можно просто Костя.

Она вспыхивает. Даже в тусклом свете льющимся от кухонного гарнитура, различимо ее смущение.

— Как чувствуешь себя? — тут же перевожу тему, осознавая, что переходить на личные темы еще слишком рано.

— Нормально, — буркает в ответ, явно не желая поддерживать со мной беседу.

Что ж, ладно. Сам как-нибудь справлюсь.

— Доктор говорила, что тебе надо поесть, а ты проспала весь день, — задумчиво бормочу осматриваясь.