– Черт! Ты цел? Нет?

Поганец испуганно орет в ответ:

– Ты что совсем офигела?!

Пытаюсь успокоить и заботливо тянусь к нему:

– Сильно зацепила?

Мужик дергается, отмахиваясь папкой, зажатой в руке и мобильником:

– Руки убери!

– Может быть, вам надо в больницу?

– Это тебе в больницу надо!

Агрессия порождает агрессию, и я уже шиплю, косясь по сторонам:

– Слушай ты… Ты сам под машину бросился. Я сейчас пятнадцать свидетелей найду, которые докажут мои слова!

По сторонам надо смотреть, а не в телефоны утыкаться! Мужик с ошалелой усмешкой мотает головой:

– Офигеть, а?!

Время идет, надо торопиться и я лезу в карман куртки за кошельком:

– Ладно, мужик, давай нормально договоримся. Или ментов ждать будем?

Дядька вдруг меняет тон - видимо с милицией ему не по пути:

– Да пошла ты! Рулить сначала научись.

И быстренько семенит дальше, вниз по улице. Рулить научись… Я уже пять лет рулю! Просто спешила, отвлеклась. Огрызаюсь вслед:

– А ты ходить!… Кидаются под колеса, сиди потом.

Хотя я тоже в шоке, и надо время успокоиться. Продолжая тихонько ворчать, возвращаюсь к машине и, открыв водительскую дверь, лезу за сумкой, лежащей на пассажирском сидении. Выбравшись обратно и захлопнув дверь, нажимаю кнопку электронного ключа. Все, хватит генерировать, надо взять себя в руки! Пряча на ходу гаджет в сумку, спешу нырнуть в дверь парикмахерской, с напыщенной вывеской «Аmbera. Салон красоты». Парикмахер Семен уже на месте - стоит, ждет и я прямиком к нему, приглаживая растрепавшиеся волосы:

– Привет!

– Привет. Ты Маша? Слушай, а ты точно его сестра? Он ничего про тебя не рассказывал.

Бросив сумку рядом и нервно потирая руки, присаживаюсь на поручень диванчика для посетителей, приткнувшегося возле наружной витрины:

– Слушай, а ты не знаешь, где сейчас обитает Роман?

Мой визави зависает:

– Что, значит, обитает? Ты к нему еще не заезжала?

Была, только толку то… Неопределенно мычу:

– Да-а-а…. В том то и дело….

– В чем?

– Он говорят, как бы съехал… Или нет?

Настороженно слежу за реакцией безмятежного парикмахера, развернувшегося ко мне лицом в

кресле для посетителей, но тот лишь пожимает плечами:

– Ну, это я не знаю. Вообще-то мне кажется, что он обитает у Тамаркиной клиентки.

Ого! Вот и соперница нарисовалась. Удивленно хлопаю глазами:

– Ничего, себе! А у них там типа все серьезно?

Семен неуверенно продолжает:

– Не знаю, как серьезно, но…. Мне вообще, кажется, он пашет на два фронта, если не на три!

Но это между нами.

Сглотнув, слушаю, вытаращив глаза и приоткрыв рот. Верить в такое про моего Ромку совершенно не хочется, но слухи о его боевом прошлом давно бродят по нашему офису. Правда я, дура, думала, что это все у него в прошлом, до нашей встречи. Растерянно киваю:

– Да не вопрос. А с чего ты взял-то?

– Да потому что ему за одну стрижку раз по десять-пятнадцать звонят и все разные имена.

Это как понять? То есть его разные девицы заказывают ему здесь стрижку? Обиженно матюкаюсь со злой усмешкой:

– Вот, говнюк, а?

Семен кидается защищать приятеля с кривой улыбкой:

– Почему, говнюк? Пока не женат – гуляй!

Мужская логика мне не нравится и, помолчав, я продолжаю допрос:

– Слушай! А может быть он на этой, на клиентке на Тамаркиной жениться собирается?

– Ну, это я не знаю. Но ухаживал за ней конкретно!

Вот, гад!

– Слушай, а у твоей Тамарки нет этой вот клиентки координат?

– Понятия не имею.

– А если узнать?

– Сегодня навряд ли, потому что сегодня Тамарка не работает.

– А если позвонить?

– Тамарке? Ну, не знаю, она, когда гуляет, вообще трубу не берет.

Разочарованно отворачиваюсь:

– Блин… Капец! Я полгода брата не видела и на тебе.

– Да подожди ты! Если дозвонюсь, я все узнаю и тебе звякну, в чем проблемы?!

– Что, правда, что ли?

– Конечно! Ты мне только телефончик свой оставь, чтобы я мог тебя как-то найти.

– Да? Давай записывай.

– Пишу.

Кошусь на креативного парикмахера - может, он знает еще какие–то подробности о жизни Романа? Например, может у того две симки в мобильнике? И второй номер мне неизвестен?