— Господин мой Времень, зачем так жестоко поступаешь со мной? Я не люблю эту женщину!

Бессмертный почти по-отечески проворчал:

— Ты устал от многовекового служения в здешних землях. Поэтому утратил бдительность и чуть не попал в лапы к Снежной Госпоже Артайе. Я категорически против, чтобы Хранители за моей спиной вели дела со здешними демонами. К тому же, именно серая ледяная магия и не давала тебе быть счастливым и довольным собой. После того, как вы оба покинете Тропы Ледяных Зеркал, Тарулла получит обратно свою душу. Ты перестанешь быть вечным стражем этих мест. Конечно, притирка предстоит долгая и бурная, но, в итоге, моя супруга пообещала, что вы будете любить друг друга без памяти долгие столетия. Отправляйтесь немедленно. Совет да любовь вам, молодые.

Под горестные стенания некромантка в сопровождении мужа и Парвиса медленно растворилась в прохладном воздухе под злорадный смешок старшей дочери Солейры.

Меня разбудил мелодичный звон, разнёсшийся из серебряного зеркала. Оно висело на стене моей спальни в гостевых покоях Храма Зимнего Солнца на Тропах Солейры и Временя. Почувствовав, что предстоит узнать какую-то тайну, выскользнула из-под стёганого одеяла и, набросив на плечи куртку, подошла к льющей нежный лунный свет идеально ровной поверхности.

Никогда не забуду, как первый парень, который тронул моё сердце, был вынужден положиться на милость Временя и свою собственную удачу. Родители Радыни были в ярости, когда тот наотрез отказался жениться на богатой и родовитой девице. Её руки для сына они добивались несколько лет.

Мне тогда было всего тринадцать зим, но боль от расставания оставила на моей душе плохо заживший шрам. Только, как с горечью поняла, пламени любви, полыхающей в сестре самого лучшего друга, брюнет с серыми глазами так и не заметил.

Просто ушёл, как и я в ту роковую ночь, в Храм Зимнего Солнца, даже не оглянувшись. Я потом долгими месяцами тихонько плакала в подушку. Лишь гордость не позволяла, чтобы моё горе кто-то увидел.

В голове тут же раздался приторный голос Артайи:

— Откажись от дальнейших испытаний, и Радыня будет любить тебя без памяти, пока бьётся его сердце! Зачем страдать и решать странные загадки, что то и дело встречаются на твоём пути, Береника? Нужно только твоё согласие. Даже душу свою оставишь себе, девочка моя. Хорошенько подумай над моим щедрым предложение. Перед самым финалом твоего путешествия ты уже не сможешь им воспользоваться, — отчего-то стало горько, что Снежная Госпожа сочла меня такой же червивой и недалёкой, как и Тарулла и Гордыня.

— Меня не интересуют твои предложения, госпожа. Они не оставят после себя ничего, кроме горечи упущенных возможностей и разочарования.

— Ты считаешь, что боги справедливы? Посмотри, Тарулле и Гордыне Ждановичу они даровали за предательство вечную любовь, много детей и благоденствие. Полюбуйся сама… — и я увидела замок из странного чёрного камня с серебряными искрами, дремавшего в объятиях цветущего сада.

С удивлением почувствовала, как мои ноздри затрепетали от упоительного аромата цветения ранних сортов яблони, абрикоса и вишни. Тёплый весенний ветер ласково коснулся моей бледной от природы щеки. Точно погладил, обещая покой и счастье. Одного не учла снежная демонесса: я привыкла не доверять первому впечатлению. Оно слишком часто не отражало истинного положения дел.

Видимо, с той поры, как неугомонная парочка покинула этот Храм Зимнего Солнца, прошло довольно много времени. Откровенно беременная Тарулла, костеря на чем свет стоит и своего мужа Гордыню, и Великую Мать, и Временя, распекала бывшего Хранителя Троп Ледяных Зеркал и трёх уже подросших собственных детей.

Видимо, ей очень хотелось воспитать из них могущественных некромантов, но те, несмотря на могучий магический дар, предпочли Смерти Жизнь. Обнаружить мощный целительский дар в юных бунтарях их мать оказалась совсем не готова.

Поняла только одно: родители и дети никогда не будут близки. Потому что болезненная тяга бесконечно изводить друг друга заменила этим двоим гармонию настоящей взаимной любви. Сердце болезненно кольнуло. Такой участи я не пожелала бы даже им. Наказание оказалось слишком суровым. Бывшая правая рука Артайи не оставляла надежды однажды настоять на своём.

Гордыня же, ставший обычным человеком, как и его супруга, сильно страдал из-за того, что навсегда лишился магии льда и не мог удрать от постылой спутницы жизни через Тропы. С тоской мужчина вспоминал счастливые времена.

Тогда он ещё был верен своему богу и не повстречал на кривой дорожке Парвиса и Таруллу. Ведь именно с их помощью Снежной Госпоже Артайе удалось сделать так, чтобы мужчина настолько сильно оступился, что его так страшно наказали.

В душе бывшего мага поднималось раскаяние. При этом брюнет прекрасно понимал, что никогда не найдёт общего языка с властолюбивой супругой. Оставалось найти подход к собственным наследникам и сделать всё, чтобы мать в порыве праведного гнева не отравила их детство. Не посеяла в душах ядовитые сорняки ненависти и собственного превосходства над всеми.