– Вы всегда в таком скверном расположении духа по утрам?

Алесандра бросила попытку вести вежливый разговор с этим человеком. Она съела половинку бисквита, а затем, извинившись, поднялась из-за стола. Когда Алесандра проходила мимо, Реймонд окинул ее сочувственным взглядом.

Она поднялась по лестнице наверх и остаток утра провела за своим письменным столом. Она написала подробное письмо матери-настоятельнице, описывая ей путешествие в Англию. Она рассказала о своем опекуне и его семье и извела добрых три страницы на пространные объяснения, как получилось, что ей пришлось жить в доме Колина.

Когда в дверь постучал Стивен, она запечатывала конверт.

– Принцесса Алесандра, вас просят спуститься вниз.

– У нас гости, Стивен? Телохранитель покачал головой:

– Мы уезжаем. Вам понадобится плащ. Сегодня сильный ветер.

– Куда мы едем?

– На встречу, принцесса.

– Опять все сначала, – заметила она.

– Прошу прощения, принцесса?

Алесандра захлопнула крышку чернильницы, убрала бумаги в ящик стола и встала.

– Это я просто жалуюсь сама себе, – улыбнулась она. – Встреча с отцом Колина или с сэром Ричардсом?

– Это мне неизвестно, – сознался Стивен. – Но хозяин поджидает в прихожей и, кажется, сгорает от нетерпения отправиться в путь.

Алесандра пообещала телохранителю спуститься сию минуту. Стивен поклонился и вышел из комнаты. Она поспешно причесала волосы и подошла к шкафу за плащом. Она уже направлялась к дверям, когда вспомнила о своем списке. Если они поедут в городскую резиденцию герцога Уильямширского, ей непременно понадобится ее записная книжка, решила она, чтобы обсудить все имена вместе с герцогом и герцогиней. Алесандра поспешно пошла к столу, взяла список и положила его в карман плаща.

Колин поджидал ее в прихожей. Она задержалась на лестнице, перекидывая плащ через руку.

– Колин! Мы едем к сэру Ричардсу или к вашему отцу?

Ответа не последовало. Алесандра сбежала с лестницы и повторила свои вопрос.

– Мы едем на встречу с сэром Ричардсом, – объяснил он.

– Почему он хочет встретиться с нами снова так скоро? Он был здесь только вчера вечером, – напомнила она ему.

– У него на то есть причины.

Вейлина стояла со Стивеном и Реймондом у входа в гостиную. Она поспешно вышла вперед, чтобы помочь своей хозяйке надеть плащ.

Колин избавил ее от этой заботы. Он накинул плащ на плечи Алесандры, взял ее за руку и вышел, ведя за собой. Ей пришлось почти бежать, чтобы поспевать за его широким шагом.

Реймонд и Стивен следовали за ними. Оба охранника вскарабкались на козлы, чтобы сидеть с кучером. Колин и Алесандра разместились в экипаже напротив друг друга.

Колин запер дверцу, потом откинулся на подушки сиденья и улыбнулся ей.

– Почему у вас такой хмурый вид? – спросил он.

– А почему вы ведете себя так странно?

– Не люблю сюрпризов.

– Вот видите! Разве это не странный ответ?

Колин вытянул свои длинные ноги. Алесандра расправила юбки и слегка отодвинулась, освобождая ему место.

– Вы знаете, о чем хочет поговорить с нами сэр Ричардс? – спросила она, устав от пребывания в неизвестности.

– Мы едем не к нему, – ответил Колин.

– Но вы сказали…

– Я солгал. – Он улыбнулся, услышав ее изумленный вздох.

– Вы солгали мне? – Вид у нее был недоверчивый.

Колин медленно кивнул головой:

– Да, я солгал вам.

– Почему же?

При виде ее досады ему захотелось рассмеяться. Какое удовольствие видеть, как она сердится! И Боже, она и в самом деле сейчас разозлилась! Щеки ее вспыхнули румянцем, и Колин подумал, что вся она напоминает натянутую струну.

– Я вам все объясню потом, – сказал он ей. – Не сердитесь, дорогая. Сегодня слишком хороший день, чтобы хмуриться.

Алесандра наконец заметила, что он пребывает в прекрасном расположении духа.

– Чему вы так радуетесь?

Колин пожал плечами в ответ. Алесандра вздохнула. Этот мужчина намеренно старается смутить ее, решила она.

– Так все-таки куда мы едем, Колин?

– На семейный совет, чтобы решить, что делать… Она закончила его объяснения вместо него:

– Со мной?

Он кивнул. Алесандра опустила глаза, но от Колина не укрылось ее замешательство. При виде такой растерянности он внезапно почувствовал себя неотесанным мужланом.

Голос у него осип, когда он спросил:

– Так в чем же дело?