Оглядываю квартиру, запираю и бегом несусь по лестнице.

Кажется за мной гонятся черти.

Метро, электричка, душная маршрутка и я почти на месте. Бреду по улочке небольшого старинного СНТ.

Кругом цветет сирень, щебечут птички, на участках смеются дети, вещает радио и переговариваются соседи.

Отлично. Буду жить тут. Не хочу возвращаться в город.

Через пару дней пообвыклась. Купила дешевенький телефон и позвонила деду.

Он пытался убедить меня приехать к нему, про родителей ни чего не сказал, но по его интонации стало понятно, что с ними все в порядке. Решение жить на даче одобрил, обещал прислать денег если понадобятся.

Родители весной посадили цветы и немного овощей. Дед рассказал как ухаживать.

В общем жизнь, совершенно другая, совсем не похожая на ту, прошлую, стала налаживаться.

Иногда мне казалось что я тут на каникулах, просто родители пошли в гости и вот вот придут.

А вечерами я представляла что попала в прошлое и теперь живу в деревне. Кутала плечи пуховой шалью и не спеша поливала огород из металлической лейки. Потом доставала книгу из папиной библиотеки, заваривала мяту, растущую у забора и садилась читать на крыльце, под яблонькой.

Как то утром пришёл местный участковый.

Я страшно перепугалась и уже решила, что меня объявили в розыск. Хотя мой номер был у адвоката. А он мне не звонил.

— здрасте, Пётр Васильевич дома?

— здравствуйте, нет он редко тут бывает, — неуверенно рассказываю молодому полицейскому.

— а вы ему кто? — он держит в руках блокнот и ручку, собираясь фиксировать мои ответы.

— внучка…

— имя, фамилия, — даже не смотрит в мою сторону.

— Таисия Нилова

— номер телефона для связи

— деда? — уточняю у парня

— зачем деда?! Ваш! — он дружелюбно улыбается сдвинув форменную кепку назад.

— хорошо, — диктую номер.

— одна тут проживаете?

— одна, — я вдруг соображаю что это как то небезопасно и решаю соврать,

— родители приезжают из города, переодически.

— хорошо, — он ещё раз улыбнулся, оглядел меня и ушёл.

Чтобы отвлечься от дурных мыслей, а их в мою буйную головушку лезет придостаточно, решила навести порядок в доме. Мне же тут ещё неизвестно сколько жить.

Начала с чулана и своей комнатушки.

Дача досталась деду ещё в 70х, от КБ в котором он трудился. Ездили сюда редко, а благодаря близости к Москве, если и бывали, то ночевать почти не оставались.

Летний домик выглядит вполне добротно, но использовали его обычно как хоз. блок. Второй же этаж вообще забит всяким хламом. Ну я и до него скоро доберусь.

Надо бы постирать шторы, но как? Вода из летнего водопровода ледяная…

— помочь?

Я подпрыгнула от испуга, и кажется даже взвизгнула.

На дверь оперался Саша. Тот самый, с дыркой в руке.

— что вы тут делаете? — одергиваю короткое платье.

— как ни странно, тебя ищу.

— зачем?

— ну не по собственной воле, хотя… — он плотоядно улыбается, осматривая мою фигуру, но быстро отводит глаза, — воды дай, пить хочу, умираю.

Попив и по хозяйки прогулявшись по участку, садится на багажник припаркованной у калитки мазды.

— тебя Дин ищит, но если хочешь, я могу забыть о нашей встрече.

— зачем?

— я же понимаю, ты молодая, красивая, а он дядька взрослый. Не нравится, вот и бегаешь.

— спасибо Вам! — не хочу объяснять всю сложность ситуации, пусть думает что хочет.

— брось, можно на ты. Я то не такой древний, — веселится старый знакомый.

Что то мне не нравится в его поведении, как и в тот раз. Глаза не добрые.

Впрочем у меня, в последнее время, развилась мания приследования. Кругом видятся враги.

— спасибо, у меня ещё много дел, — ретируюсь к дому.

— хорош! Какие дела?! Выбивать тухлый ковёр? Поедем прокатимся, — Саша похлопывает по крыше новенькой машины, — тачка — пушка!

— извини, не могу, надо шторы постирать, воды нагреть.

Он спрыгивает и направляется ко мне.

— ты вроде как моя должница…

Я смотрю на шрам на его руке. Сейчас мне уже не так то и стыдно за эту рану.

Парень тоже уловил взгляд и инстинктивно потёр руку.

— может тогда накормишь голодного путника?

— конечно! Картошку будешь? У меня правда нет ничего мясного…