Я стояла на месте не шевелясь.

Тот страх, что жил со мной в родном мире, поднял голову и злорадно улыбнулся металлическими зубами. Все стало как-то сразу реальней.

Когда попадаешь в миры с магией, чудесами и волшебством, волей-неволей воспринимаешь все в ярких цветах. В легком состоянии измененного сознания. Будто всегда находишься чуть-чуть под градусом.

Мне приходилось делать довольно опасные вещи. Прыгать в порталы, что расщепляют из-за любой крохотной ошибки. Разбивать чужие проклятья, что основаны на страхе. Идти с мечом наголо против чистой магии. Все это должно было закалить мой дух. Заставить с усмешкой смотреть в лицо опасности.

Но не заставило.

Дуло ружья, направленное в лицо, трезвило хлеще окунания с головой в прорубь.

Магия — такая штука, которую всегда можно отменить или обратить, или защититься внутренней силой, преобразованной в щит. Да мало ли еще что? А вот пулю в брюшной полости силой любви не победишь. От нее не увернешься и мечом не отобьешь.

Я застыла как засохшая жвачка на парте. А вот Флорин проигнорировала мужчину. Проблема запутавшихся локонов волновала ее сильнее. Возможно, в богатые хоромы гарема редко врывались мужчины наперевес с огнестрельным оружием, что плохо сочетается уровнем технологического развития мира.

Пока я боролась со страхом суровой реальности, Клавдия взяла ситуацию под свой контроль.

— Руки вверх, — четко проговорила она, подавая нам пример. — Без паники и резких движений.

Слова Избранной вернули меня в чувства.

— Что за отсебятина? — опешила я.

— Я по телеку видела. Надо со всем соглашаться.

— И я о том! Соглашаться, а не свои варианты предлагать. Он приказал на месте стоять, а не вот это вот все. Давай руки еще друг дружке свяжем. Или что уж, чайную церемонию закатим, раз мы такие покладистые.

Потерпев поражение в борьбе с выковыриваем листиков и веточек из достойной зависти шевелюры, Флорин включилась в тему. Уперла руки в боки, обдавая незнакомца презрительным взглядом трех тысяч айсбергов.

— Мы только что утерли нос фоморам. С какой стати слушаем мужика с палкой?

— Да, с какой стати? — встревожилась я. Разом онемевшие губы едва формировали слова. — В нас тычут оружием. Самое время для паники.

— С какой стати подчиняться, — уточнила она. — Палка даже не заточена! Какой-то сломанный арбалет. Что он нам сделает? — Флорин приподняла края юбки, намереваясь двинуться в другую сторону от неинтересного ей человека. — Блаженный или дикарь. Только взгляните на его прическу.

Тут и я оценила вид незнакомца. Лицо довольно обычное. Небритость день шестой. Глаза спокойные. Да и весь вид собранный, уверенный. Не из разряда психов. Дреды по пояс. И странный потертый костюм, будто военный, но без отличительных знаков, эполет и погонов. На невзрачной форме выделялся лишь пояс с металлическими крестиками.

К слову, во время нашей перепалки, стрелок хранил тишину. Внимательно вслушивался, кто и что говорит, но угроз больше не выкрикивал. Но как только Флорин попробовала сделать шаг в сторону, передернул затвор, перевел прицел на бунтарку и…

— Фло!

Выстрел заглушил мой выкрик.

В ушах взорвались праздничные фейерверки.

— Не стреляйте! — Я припала на колени, зажимая уши. — Мы безобидные!

Клавдия что-то выкрикнула. Я не разобрала. В немом отупении я повернулась. В груди скользнул холодок, готовый в любой момент вступить в борьбу с истерикой.

— Ради всего святого, — мой вздох прокатился в сипящей тишине.

Бледная как накрахмаленные простыни, Флорин разглядывала поврежденный ствол дерева. В десяти сантиметрах от ее лица зияла дыра размером с кулак. По всей поляне валялись щепки. Одна из деревянных заноз разорвала рукав расписного платья. Флорин этого не заметила.

Клавдия, прижав ладони ко рту, в ужасе пялилась на лесного стрелка.

— Заткнулись, — хрипло приказал мужчина. Для наглядности прижал палец ко рту. Дождавшись нашего внимания, он повел стволом в лес. — Туда.

Желающих спорить не осталось.

Мы подхватили Флорин под руки.

— Я так понимаю, он хочет, чтобы мы шли в лес. — Предположила Клавдия.

Дреды мужчины смешно качнулись, когда он кивнул.

— Да ладно, и как ты догадалась? — не удержалась я от иронии.

— Очень характерные невербальные жесты, — на полном серьезе отозвалась Клавдия.

Мужчина подхватил копье фомора с поляны.

Молчком, друг за дружкой мы двинулись в лес. Навстречу кочкам, метящим в лоб веткам, пенькам, мошкаре и колючим кустам. Стрелок неуклонно двигался следом. Иногда он выкрикивал «хэй!», привлекая наше внимание, чтобы указать, что мы сбились с маршрута. Мысленно я недовольно бурчала, критикуя его манеру координирования в лесной местности.

Спустя какое-то время Флорин пришла в себя. Не повышая голоса, она спросила:

— Что это было? Не видела раньше подобного.