— Ну ладно.

Я оставила попытки докопаться до истины, всё-таки не в моих интересах вытягивать наружу те несчастья, что могли с ним приключиться. Но стоило мне внутренне дать заднюю, как Хуан Хи решил сказать честно:

— Дочка болеет.

— У вас есть дочка? — неподдельно удивилась. — Вы же не женаты. — Я ещё раз досконально оглядела все его пальцы — кольца не было.

Абсурдность моего утверждения дошла раньше, чем мужчина язвительно заметил:

— А что, дети могут появляться только в браке?

— Да, я сегодня немного туплю. Извините, — улыбнулась сконфужено. Тоже не слишком уж убедительно для раскаяния. — Насколько всё серьёзно?

— Достаточно, чтобы листать сайт ритуальных услуг.

Мы переглянулись. Я — с ужасом. Он — с долей неловкости, словно случайно поделился тем, чем не стоило.

— Ну, нет. Мы конечно верим в лучшее. — Мужчина снова растянул губы в ненатуральной улыбке. — Но, знаешь. Тяжело. Шансов мало.

В памяти всплыл один из моментов, когда мы с другими стажёрами решили называть Хуана Хи «Хуаном Хи-хи». Остро захотелось туда — в прошлое, где всё было так легко, красиво, с долей игры и доброго юмора. Сейчас не было и намёка на «Хи-хи».

— Ну а я тут, потому что скоро лучший друг умрёт, — сказала так, словно составляла список покупок.

Хуан Хи слегка удивился этому безразличию, но вслух возмущаться не стал.

— Расскажешь, что случилось?

— Если честно, не хочу. Извините. Просто не хочу, — ответила не слишком вежливо.

Мужчина кивнул.

— А у дочки…

— Не хочу знать, — перебила грубо.

Хуан Хи щёлкнул зубами, не ожидав такой дерзости. Да, мы не в «Берлингере», но субординация никуда не делась.

— Эрин, ты перегибаешь.

— Я не пытаюсь вас обидеть. Просто не могу больше слушать про… это всё. — Я неопределенно обвела рукой больницу.

— Как Дэппер? — всё тем же недовольным тоном Хуан Хи перестроился в другое русло диалога.

— Жив.

— Это я знаю. Больше никаких новостей?

— Не знаю, я же с вами стою, а не над ним воркую.

— Эрин, что с тобой? — Мужчина насторожился, и это лёгкое беспокойство моментально передалось и мне. Я тоже стала думать — почему, зачем я так разговариваю? Вдохни лучше поглубже, успокойся, этот человек тебе ничего плохого не сделал.

— Я не хочу, чтобы ещё кто-то умирал, — пожала плечами непринуждённо, хотя внутренне была готова орать от отчаяния.

— Эван говорил, что ты одержима идеей нового артефакта.

— Одержима? Так и сказал?

— Ну да.

Я расстроенно посопела.

— Не одержима. Просто было бы здорово, если бы всё получилось.

— Что-нибудь уже придумала?

Вопрос получился… странным. Я покосилась на мужчину максимально настороженно.

— А вам зачем?

— Просто любопытно.

— Просто любопытно не бывает.

— Правда любопытно.

— Не правда, — жестко одёрнула я.

— Может быть просто хочу помощь предложить.

— Какую помощь? — насторожилась ещё больше.

— Не знаю. Какую скажешь.

— Вам с этого что? — тон стал ледяным.

— А мне обязательно должно что-то быть?

— Да.

— Так у тебя есть какие-то идеи? Может, тебе нужны подсказки?

— Нет. Ничего не надо. — Я стиснула зубы, почувствовала, как от напряжения втянулись скулы. Мой взгляд готов был испепелить мужчину.

Первое… вернее, единственное, что приходило на ум — он продался. Юргесу. Уэльсу. Да кому угодно. Нашёл меня тут, залил душещипательную историю про дочь, попытался выведать хоть что-то про артефакт… может быть, и бороды у него вообще никакой нет. Грим.

Меня начало тихонько колотить. Понимая, что ещё немного и истерики не избежать, я из последних сил глубоко вдохнула и, насколько было возможно, спокойно сказала:

— Ладно. Извините. Мне нужно идти.

— Понимаю.

Хуан Хи выдержанно кивнул и отступил на шаг назад, будто почувствовал, насколько меня напрягает его присутствие.

Я развернулась, сбежала по двум широким ступенькам, а потом вдруг замерла.

Постояла секунду.

Обернулась.

Поднялась.

Две ступеньки.

— Вас прислал мой отец?

— Он звонил, — не стал отпираться Хуан Хи. — Просил тебя оставить.

— Но вы здесь и хотите мне помочь. Почему?

— Возможно, это в моих интересах.

Такой ответ вызвал зашкаливающий скачок тревожности. Тем не менее, с выдержкой опытного хирурга продолжила мысль:

— Мне нужна помощь.