Мое сердце сжалось, а Арон снова хлестнул лошадь. Юстина проснулась от встряски и заплакала, словно маленький ребенок.

«Догнали!» - подумала я и горько усмехнулась. Все напрасно. Я оказалась права. Теперь сколько бы Арон не хлестал бедную кобылу, нам не уйти. Только сказать ему об этом я не успела.

Они появились вдали, вынырнули из-за поворота дороги, скрытого густым лесом. Черные плащи развивались, огромные страшные жеребцы жутко всхрапывали.

– Останови телегу! – крикнула я Арону.

– Нет! – ответил он и снова ударил лошадь. На ухабе телега подпрыгнула, раздался жуткий хруст, и мы едва не перевернулись. Я схватила сестру, опасаясь за ее дитя, но телега замедлила ход, опасно накренившись на несколько секунд, а после и вовсе остановилась, выровнявшись.

Арон выругался и спрыгнул на землю, метнулся к нам и встал, раскинув руки в стороны, в бесполезной попытке защитить.

Всадники приблизились. Первый едва не налетел на Арона. Его конь поднялся на дыбы и огромные копыта с громким стуком опустились рядом с мужчиной. Неожиданно стало холодно, словно сама зима прошла рядом и мое тело задрожало от ее ледяного. Стефа же даже не вздрогнула, будто и не ощутила перемены, а Юстина спряталась за нашими спинами, продолжая плакать. Только одна я, кажется понимала, то, что происходило здесь. А затем первый всадник заговорил:

– На что вы надеялись, решив ослушаться моего приказа? – голос прозвучал спокойно, но в его глубине таилась угроза.

Арон дернулся было выступить против всадника, но я слезла с телеги и шагнула к нему, останавливая от очередного необдуманного решения. Положила руку на мужское плечо, чуть сдавила пальцы, вынуждая отступить. Я знала, что он и сам понимает бессмысленность этой ситуации: против слуг князя он – ничто. Все мы – ничто.

– Нам не стоило убегать! – проговорила я и старший всадник повернул ко мне голову. Его лица, как и прежде не было видно, только бледный подбородок цвета снега, будто тот, кому принадлежало это тело, это лицо, был давно уже мертв. Хотя, впрочем, так оно и было на самом деле? Кто мог знать, какой силой владеет князь Вацлав. Досужие сплетни передали многое о нем и о черном замке, и я могла убедиться, что часть из них правда, причем, большая!

– Ты говоришь правильные слова, девушка! – я даже вздрогнула, когда всадник обратился ко мне. Холод собрался вокруг меня, заключив в невидимый кокон, и я поняла, что странное создание изучает меня…

…По спине прошел озноб.

– Поворачивайте телегу! – приказал всадник. – Вы возвращаетесь и раз уж ты был так любезен, человек, то отвези этих женщин в замок! – и всадник указал пальцем мимо меня на дрожащую от страха Стефе и Юстину, начавшую тихо подвывать от ужаса. У меня самой сжалось сердце, но когда ледяной кокон исчез, стало немного спокойнее и тогда я решилась.

– Погоди! – произнесла, глядя на старшего всадника. Сказала и сама удивилась своей глупой храбрости, но отступать было не в моих силах.

Мне показалось, что все всадники застыли. Даже их черные кони повернули ко мне свои морды, сверкая красными демоническими глазами.

– Погодите! – повторила я и набрала воздуха, чтобы решиться сказать то, что собралась. Сердце мое стучало пойманной птицей, а колени мелко задрожали, но я устояла и даже смогла посмотреть на чудовищное создание, восседавшее передо мной на скакуне. Я смотрела только на одного единственного всадника, того, кого мысленно выделила из прочих, назвав про себя: старшим.

– Что ты хочешь, девушка? – спросил он глухо, и я снова ощутила этот холод: на меня обратили внимание.

– Возьмите меня вместо сестры! – произнесла с надрывом, понимая, что своими руками ставлю крест на собственной жизни, но иначе просто не могла. Пока мы ехали в рассвет в этой телеге, я думала о том, что не позволю беременной сестре, еще такой юной и едва получившей надежду на счастливую жизнь с любимым, отправиться коротать свой век в прислужницы страшного князя. Ее дитя не виновато в том, что замок оказался рядом с нашей деревенькой, а жуткому магу понадобились слуги в дом.

«Ты тоже не виновата!» - мелькнула шальная мысль, но я тут же отогнала ее прочь, уверенная, что не передумаю. Лишь бы согласился на обмен старший всадник.

А существо продолжало рассматривать меня. Как и прежде, я не видела его глаз, но почему-то ощущала взгляд: словно чья-то ледяная рука прикасалась к лицу, к волосам, к плечу…

«Это мне просто мерещится от страха!» - сказала сама себе и тут же поняла, что обманываю себя. Не мерещится.

– Я не выбирал тебя! – произнес всадник.

– Моя сестра плохой работник! – сказала я. – Она беременна и скоро, будучи на сносях, растолстеет так, что с трудом будет даже передвигаться. Что она сможет сделать по дому? Какой работник из беременной? Я же, в отличие от нее, сильная молодая женщина. Берите меня, не ошибетесь! Какой вам резон снова вскоре искать служанку?

А где-то в глубине души мелькнула слабая трусливая надежда, что сейчас всадник откажет мне, и я смогу вернуться домой.

«Стыдись!» - укорила себя за подобные мысли, а слуга князя молчал, словно раздумывая над моими словами.