Тайбери пожал плечами.

— Они мне не нужны.

— Но шейра тебе нужна, и я рад, что ты её взял. — Адриан бросил на меня острый взгляд. — Гостиная на втором этаже нам вполне подойдёт, я полагаю. Веди.

Он произнёс эти слова как приказ, не подлежащий обсуждению. Но Тайбери лишь поднял бровь:

— Нет.

— Нет?

— Хозяин здесь я, — спокойно сказал Тайбери. — Этот дом остался мне от отца, если ты помнишь. Даже если ты вознамеришься лишить меня наследства, он продолжит быть моим. И никаких кресел здесь не появится, пока я так не решу.

Я осторожно сделала шаг назад. Если тут всё начнёт гореть и взрываться, я лучше пережду на кухне.

— Зачем ты здесь? — голос Тайбери стал резче. — Сегодня я не хочу играть в радушного хозяина.

— Не говоря уже о том, чтобы предложить гостям сесть, — в тон внуку ответил Адриан. — Что ж, я могу посидеть и на ступеньках.

Он спокойно подошёл к лестнице и уселся на ступени. Я открыла рот.

Тайбери вздохнул:

— Ты ведь не отстанешь, да?

— Я узнал о дуэли и хочу знать, как поживает мой наследник. — Ещё один острый взгляд в мою сторону. — Что это за история с отравлением?

— Реакция на белый корень, — коротко сказал Тайбери. — Вуаль чуть её не задушила.

Голос старшего лорда стал резче:

— Тебе подсунули шейру с сильной магией?

Брови Тайбери взлетели в иронической гримасе.

— Вообще-то мою шейру выбрал огонь, если ты помнишь. Или ты думаешь, что на церемонию нагнали двадцать с лишним девиц с магическими способностями, которые дружно решили отказаться от карьеры в Академии и враз возжелали в постельку?

— Достаточно и одной девицы, — резко бросил Адриан. — Огонь — это тоже магия, и он мог откликнуться не на твоё притяжение, а на её магическую силу.

Он повернулся ко мне. Теперь я понимала, почему метресса Хелен была шейрой Адриана Тайбери. Вот только взгляд старшего лорда было куда тяжелее перенести.

Но я не опустила головы, хотя стоило бы.

— Ты, — произнёс он тяжело. — Ты маг, девочка? Или магом был кто-то из твоей семьи?

Тот же вопрос задал мне ректор. Но на этот раз я была готова.

— Я не могу ответить, лорд Адриан, — мгновенно отозвалась я. — Контракт запрещает мне.

— Я не спрашиваю у тебя твоё имя! — повысил голос Адриан. — Магов сотни и тысячи, магических семей и того больше!

Я молчала. Адриан покачал головой, поворачиваясь к внуку.

— Упрямица, как и ты. Что ж, разбирайся с ней сам.

— И разберусь, — в голосе Тайбери прозвучал металл. — Сам.

— Вот только я сомневаюсь, что ты способен переступить через свою гордость. — Адриан остро глянул на внука. — Ты уже спал со своей шейрой?

— Может, тебе и мои грязные носки показать?

Тайбери совершенно меня не стеснялся, словно я была мебелью. Он это специально? Или просто чтобы поддразнить деда?

Но Адриан Тайбери принял это как должное.

— Будь ершистым мальчишкой, если тебе хочется, — спокойно сказал он. — Но ты расскажешь мне правду всё равно.

Я ждала, что Тайбери ответит очередной колкостью.

Но он неожиданно сел на ступени рядом с дедом.

— Мой кристалл показывает признаки нестабильности, — просто сказал он. — Но у меня есть шейра, так что всё под контролем.

— Если бы ты спал с ней, всё было бы под контролем, — тихим, опасным тоном произнёс Адриан. — Но ты этого не делал, не так ли?

Квинн Тайбери не отвёл взгляда. Между двумя Тайбери ощутимо заискрило.

Я вдруг подумала, что Адриан Тайбери вручил внуку шейру примерно таким же образом, каким Баррас навязал мне Юлиуса в мужья. И, если начистоту, я прекрасно понимала желание Тайбери не ложиться в постель по чужой указке с девицей, которую ему туда подложили. Даже если это сделал любимый дедушка.

Взгляд любимого дедушки потемнел.

— Боишься зависеть от шейры? Или бережёшь её чувства? Ты помнишь, что я говорил тебе?

— Помню.

— Шейра — это твоя игрушка, твоя собственность и твоя вещь. Её обязанность — проводить с тобой ночи и быть в твоей постели по первому твоему слову. Всё! — Адриан повысил голос. — И ты ни при каких обстоятельствах не должен привязываться к ней и тем более беспокоиться о её чувствах!

Тайбери поднял бровь.

— Уверен, моей шейре безумно приятно это слышать.

Угу. Очень. Я очень хотела вставить острое словцо, но замолкла под предупреждающим взглядом своего повелителя.