— К чему спешка? — Я гляжу в родные и далекие глаза брата, так похожие на мамины, и горло сжимается. Но справляться со всем и искать во всем плюсы — мой конек. И я тепло улыбаюсь.

— Непредвиденные обстоятельства, сестренка… И лучше бы Темыч держался поблизости. Я взял с него слово. — Дурные предчувствия снова отравляют душу, Женя считывает мое настроение и взъерошивает пятерней волосы. — Что-то ты дерьмово выглядишь, Ник. Несчастная любовь настигла?

— От тебя ничего не скроешь, — усмехаюсь я, хотя мне вовсе не весело. — Влюбилась. Да.

— Ого. Впервые слышу такое от сестры. Кажется, стоит прилететь и набить кому-то морду?

Возвращение брата давно является пределом моих мечтаний. Если бы он вернулся, нас бы стало двое, и все проблемы разделились бы напополам. Он мог бы поддерживать меня не только словами, но и делом. Жаль, что все сложилось именно так…

— Ага, прилети, как Черный плащ. И побей ни в чем не повинного человека… — мрачно отшучиваюсь и признаюсь: — Он даже не догадывается, что я по нему сохну.

Брат вздыхает:

— Надо быть педиком, чтобы не заметить такую красавицу, как ты. Дай ссылку на его профиль. Я сразу скажу тебе, стоит он твоих слез или нет.

— У него нет аккаунтов! Хотя… погоди.

Я достаю смартфон и нахожу в диалоге с Катей ссылку на видео. Выступление «Self-harm», снятое чьей-то прыгающей нечеткой камерой.

В далеком Лондоне Женя получает от меня сообщение и пялится в экран.

— Неплохо… — Он внимательно вслушивается в слова песни. — Который из этих чудиков?

— Тот, что с гитарой. Его погоняло Харм.

— Этот чувак? Маньяк какой-то…

Я фыркаю, но Женя становится странно задумчивым.

— Ник, морда этого типа кажется мне знакомой. Я видел его где-то… — Он хмурится и трет висок. — Только вот где?

— Он не тусуется там, где бываем мы.

— Но я совершенно точно пересекался с ним. И не при самых приятных обстоятельствах…

Женя в Лондоне почти три года. Сколько в момент его отъезда было Харму? Пятнадцать?..

— Это исключено, поверь мне, братишка! — успокаиваю я.

— Ладно, показалось, наверное. Но этот тип уж точно не стоит ни одной твоей слезинки. Я серьезно! Лучше послушай старшего брата и подумай над предложением Артема!

Бесцветные грустные глаза с тревогой пялятся из зеркала — у меня идеальный нейтральный макияж, нанесенный только что ушедшим стилистом, но я нарушаю его замысел и крашу губы кроваво-красной помадой. Сегодня мы с Артемом идем в его клуб — отмечать возвращение из Лондона. Как пара.

Всю неделю мы проводили вечера вместе — ходили в кино, кафешки и дорогие рестораны, Артем бережно держал меня за руку и обнимал при каждом удобном случае. Он сказал, что мы должны попробовать притереться друг к другу, и началась тяжелая романтика.

Мне ежедневно доставляют цветы и милые подарки, а еще Артем заказал фотосессию на фоне гирлянд из белых роз и зелени, где мы с ним позировали в белых одеждах и мило улыбались друг другу.

Он красивый до неприличия, иногда от его внешности захватывает дух. Но мозг продолжает мыслить трезво, и сердце не замирает. Я его не люблю.

Наступая каблуками на подол длинного голубого платья, я спускаюсь в гостиную — мой официальный жених ждет внизу и вертит на пальце брелок с ключом.

— Малая. Все никак не возьму в толк, когда ты успела стать такой красоткой? — скалится он и подставляет мне локоть.

Черный спортивный «Mersedes» медленно скользит по темным улицам. Тайком разглядываю профиль Артема и диву даюсь, почему соседнее сиденье занимаю именно я, а не очередная модель с умопомрачительными формами. Он круто выглядит в простой дизайнерской одежде, остроумно шутит и, не отрываясь, следит за дорогой.

Он с детства присутствует в моей жизни, но я его практически не знаю. Даже цвета глаз прямо сейчас припомнить не могу.

Мы заявляемся в клуб под ручку, а потом начинается привычная пьянка по всем правилам. Многочисленные друзья Женьки и Артема устраивают алкомарафон и надираются до чертиков, однако для меня он заказывает исключительно колу со льдом.

Наивный. Я быстро нашла общий язык с девушками из компании и, уходя с ними «попудрить носик», успела закинуть в себя семь шотов водки.