— По пути нет. — сообщает темнейший. — Есть одна вредная в салоне.

— Не знакома с ней настолько, чтобы судить о характере. — оглядываюсь на целый оркестр сопяще-причмокивающих звуков. Да как у нее так получается?

— Я имел в виду тебя.

— Я точно не принцесса. Ха. И спасать меня не нужно.

— Уверена? — темная улыбочка врезается в мой защитный щит и тот начинает моргать, сообщая о возможности вторжения. Демон, чтоб тебя. — Наверняка мечтала в детстве быть какой-нибудь диснеевской героиней. Катюнька, помню, грезила о спящей красавице. — с нотками неподдельного тепла в голосе кидает очередной взгляд на заднее сидение.

— Передай ей, когда очнётся, что ее мечта сбылась. У неё в носу зашит симфонический пыточный оркестр, представляющий собой мучительное испытание для принцев. Выживет с ней одну ночь, считай прошел отбор слуховым проклятием.

Лицо лорда далеких звезд темнеет, и он не отвечает мне, а только вжимает скорость. Тоже мне неженка-обиженка.

Мы заезжаем на территорию закрытого дачного посёлка «Сосны», охранник кивает темнейшему, признавая силу последнего и открывает шлагбаум. Подъехав к дому, по сравнению с которым папин выглядит избушкой Бабы яги после неудавшегося ремонта братьев-гоблинов, Даниил собирается выходить, но тут фея сна покидает Спящую картофелину и та, протяжно зевнув, распахивает свои глазища.

Странно, даже команды «поднимите ей веки» не понадобилось.

— Даня-я-я-я, — сахарно гундосит змееподоная и тут же готовится достать когти, завидев меня. — Ты настоящая! — оскорбленно летит кость удивления, от которой я умело уворачиваюсь, спокойным:

— Аллилуйя.

Дарт почему-то хмыкает, а я отстёгиваю ремень. Хрен знает, как поведет себя принцесса храпа. Надо всегда быть на чеку.

— Катя, познакомься, это Ника. Она будет фотографировать меня для интервью со Sky.

— А-а-а, фотограф, которого вы искали! — нападение с моим последующим убийством отменяются, но блонди все равно кривит нос. — Надо было другого, я же говорила, — тихо шепчет она, словно я не услышу. Хотя вряд ли у нее не атрофированы мышцы приличия или заботы о чувствах других. — Доминик Картер, вот кто тебе нужен. Говорила столько раз, а ты даже смотреть не захотел его работы. Сейчас покажу. Он нереально потрясный!

— Если не ошибаюсь, он фотографирует только женщин. — вставляю реплику.

— Пффф, — усмехается фря, словно я сморозила наивную глупость. — Екатерина Мамаева может уговорить любого, если ей что-то понадобится, поверь мне дорогуша.

От дорогуши сводит все тело в неприятной судороге, но я не успеваю достать свой звездный язык.

— Я уже решил, что меня будет фотографировать Ника. — проводит темную линию Дарт.

— Просто посмотри! — блонди упрямо выставляет между нами свой пестрый iphone последней модели.

И перед нашим взором открывается инстаграм галерея, состоящая из фотографий девушек и женщин, чьи фигуры разнятся межу принятыми понятиями модельных стандартов и не очень принятыми, одетых и не очень. Чаще не очень. Все снимки похожи на кадры из фильма, снятого на пленку. Пресеты VSCO для фотошопа одно из лучших изобретений в мире по ловле момента. Их миксы вместе с обработкой в лайтруме и фотошопе способны творить чудеса. Поверьте мне.

И Дарт, чья рука собиралась задвинуть телефон обратно, доказывает, что даже в далеких звездных галактиках самцы остаются верными своей природе.

Его палец начинает неспешно листать галерею, пару раз останавливаясь на снимках девушки, чье лицо либо обрезано, либо скрыто.

— Это его муза, — с нескрываемой ревностью цедит Катерина мастер-храп и самодовольно продолжает. — Писали, он не хочет делить ее внешность со всем миром. Очень любит, поэтому скрывает. Так романтично.

И тут я хрюкаю, заставляя этих двоих повернуться на меня.

— Ага, так любит, что тело ее на показ выносит… Эта модель…

— Ты ее знаешь? — вдруг спрашивает Дарт. Внезапно и удивительно требовательно.

— С чего мне знать какую-то музу-куртизанку извращенца Доминика? — резко и грубо отвечаю я.

— Хочешь сказать, тебе не нравятся его работы? — с вызовом кидает фря, успокоившись моим незнанием модели. Думает, я не заметила, как она дернулась.

— Нравятся. — честно. — Думаю, он с душой подходит к делу.

— С душой. — усмехается Дарт и возвращает яркий аппарат хозяйке. — Держи свой телефон. И тебе пора домой, Катюнь.

— Ты не зайдешь? — расстроенно тянет блонди.

— Мне надо Нику отвезти домой. — в ее список «покалечить первыми» вступает моя, вероломно втянутая Энакином, фигура. — В другой раз.

*

Эрик ржет все время, пока мы сидим у меня на кухне и я, наконец, дав волю языку, рассказываю ему историю моей звёздной поездки.

Этот прощелыга притащился ко мне с огромным букетом роз, вернув Тошу и умоляя простить. А я не способна долго сердиться на его белобрысую мордочку, тем более с цветами шел набор «расти жопка» из моей любимой «ХлебоБулочки». К счастью мой ведьмовской метаболизм прекрасен, поэтому я никогда не отказываю себе в подобных подарочках и не заморачиваюсь положением солнца на небосклоне.