Они не хотели, чтобы тот признал меня наследницей, и не зря.

Особняк великого дома – не просто здание, которому несколько сотен лет. Здесь живут древние чары и древняя защита, откликающаяся на кристаллы и кровь наследников рода.

Особняк Кассадьеро – символ великого дома. И прямо сейчас я собиралась стать частью этого символа.

Я подняла кристалл.

– Я Деанара, глава дома Кассадьеро! – закричала я. – И я принимаю этот дом как свой!

Под моими ногами задрожали камни. Сеть трещин, идущих по стене аквариума, превратилась в сплошную, и тёмное стекло угрожающе зазвенело.

– Ты не посмеешь, – прошипел Баррас, и я изумлённо поняла, что он смотрит не на меня и говорит не со мной. Он обращается к особняку. – Она – никто!

«Это её дом».

Призрачный голос. Такой же, как у ворот в хранилище Академии.

– Это мой дом, – прошептала я, коснувшись пюпитра. Камень отозвался теплом. – И я вернусь.

И бросилась бежать.

Волна пламени обожгла волосы, но мгновенно потухла. Я услышала разочарованный вопль и перевела дыхание.

Особняк защищал меня. Оберегал. Меня признали частью рода. Интересно, что будет, если я останусь?

Увы, нет. Даже если особняк защитит меня от чужой магии, дядя задушит меня голыми руками. Кроме того, у меня контракт. А это значило, что мне нужно догнать Хелен и вернуть себе идеальную внешность шейры. Милые жемчужные зубки, золотые волосы до бёдер, идеальную кожу и кукольную небесную синь глаз.

Я мельком глянула на собственные руки, не забыв заметить обломанный в суматохе ноготь, и вспомнила уважение во взгляде Тайбери. Как же мне будет его не хватать!

Я вбежала в спальню шейр, бросив быстрый взгляд на рубиновое ожерелье, забытое на полу. Неуютная, неприбранная комната, обитательницам которой было всё равно. Внезапная идея сверкнула в голове. Я не могу оставить здесь тетрадь с записями: она слишком драгоценна. Но кусок белого корня с кровью шейры…

– Дом, услышь меня, – прошептала я. – Баррас осквернил тебя дурманной магией. Когда я вернусь, я тебя очищу. А это доказательство уничтожит все его притязания.

Я сорвала серебристый шар-набалдашник со спинки кровати, помогая себе кристаллом, и засунула туда окровавленный белый корень. Мгновение, и я приладила шар на место. Секунды, у меня секунды!

Хелен, по-прежнему в маске и с тетрадью в руках, уже ждала у стены. Я прикоснулась к стене рукой, открывая проход.

Тайная дверь. Наружная стена. Свежий предутренний воздух.

Две липы.

За оградой ждал экипаж. Изо всех сил я метнулась к нему. Я физически чувствовала, как слетает с меня защита дома, как я теряю что-то важное, близкое…

…Не навсегда. Я надеюсь.

«Жди меня, – прошептала я. – Жди».

Я продолжу играть роль шейры Квинна Тайбери, но я не забуду о том, кто я. Я равна ему. Равна Юлиусу. И пусть Баррас в разы сильнее… это уже не имеет значения.

У меня есть мой кристалл. Есть моё имя. И как только мой контракт закончится, я объявлюсь и отправлюсь в особняк Кассадьеро вместе со свидетелями. Баррас не сможет меня остановить – и будет изобличён.

Лишь бы сначала убраться отсюда.

В экипаж я запрыгнула после Хелен и уже на ходу. Хелен вцепилась в руль, выжимая из встроенного кристалла всё возможное.

– За нами погонятся, – выдохнула я.

– Конечно. Но догнать именно этот экипаж будет очень непросто.

– Ты предусмотрела и это, да?

Хелен издала смешок.

– Я очень давно готовилась. Стоило всё недёшево, но, надо сказать, оно окупилось.

На сиденье рядом с ней, поблёскивая, лежал знакомый розовый кристалл, а возле него – свёрток с моей старой одеждой шейры.

– Забирай, – произнесла Хелен. – Теперь твоя задача – сбежать, спрятать свой кристалл как можно надёжнее и получить свою внешность обратно. Осколок алтаря превратится в обычный камень, и, если его найдут у шейры, подозрений это не вызовет. Справишься?

– Тетрадь Барраса, я заметила, ты мне не отдаёшь, – хмыкнула я, забирая вещи и начиная переодеваться.

– У меня её не найдут и не отберут. А вот у тебя – куда вероятнее.

Тут мне сложно было спорить. Руки чесались разорвать эти проклятые записи в клочья, но внутри могло быть что-то важное, изобличающее Барраса. Достаточно двух строк, написанных его рукой.

Далеко сзади послышался стук колёс. Я напряглась, но Хелен с безмятежным видом увеличила скорость. Секунда, другая, и шум экипажа сделался тише.